« 2020 г. »
« январь »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    
.: 19.1.2020 :.
19.01.2020

сказка на ночь

Привет. Ты пришел рассказать мне сказку на ночь? Проходи. А жена? Долго? Во сколько на работу? Рано. Конечно хочу. Эй-й, что ты делаешь? Да, хочу, давно хочу, как только увидела тогда тебя, так сразу и поняла, что мы стобой будем любовниками, но сегодня ты как-то так сразу нападаешь. Я не ламаюсь. Время есть. Слушай, я тебя знаю сто лет. А ты все такая же сволочь. Помнишь анекдот, про то, что прошел всемирный конгресс женщин и они постановили: 1все мужчины сволочи, 2носить нечего. Не обижайся. Я хочу тебя. Не говори, я не хочу, чтоб ты говорил это только, чтоб мне было приятно, я тебе и так дам. Я же тебе всегда даю, тебе я просто не могу отказать. Вот, хотела бы, но не могу. Ты же такой сексуальный, сильный. Опусти нос, а то сильно задрал его. Задери что-нибудь еще. Я не грублю, просто у меня сегодня такое настроение. Нет. Он уехал. Да вот здесь. Я люблю, когда ты проводишь кончиком языка возле уха. Не смеши меня. М-м, какое у тебя ушко сладенькое. Просто класс. Я так люблю его облизывать, вот так: снаружи, по краешку, чуть-чуть углубляясь внутрь раковинки, ты чувствуешь, как я вхожу в него, это как сзади. Я люблю входить. Конечно, это несправедливо мой любит, когда я делаю минет, еще бы. А я люблю входить. Почему я не мужик? Ладно, не затыкай мне сразу рот членом, хм, это по крайней мере невежливо. Помнишь анекдот про коров: "А поговорить?". Да не пила я сегодня, просто у меня день такой разговорчивый. Да, мне так нравиться. Ниже. Вот здесь. Видишь, эти косточки на шее. Говорят, что у многих женщин тут эрогенная зона. А у меня чуть-чуть левее. Ну, конечно, меня все время на лево тянет. А сам? А куда ты ходишь? Как это назвать, если у тебя есть жена, а ты сейчас лежишь со мной? Сними это, мне мешает. Измена, конечно. Почему не считаеться? Это не важно, факты есть факты ты со мной, а жена у матери. Конечно любовница. Не дуй свои губки. Губки, губки. Такие мягенькие, влажные, как головка члена. Ну, не суй мне его в рот. Я еще не хочу. Вот так. Конечно, они увеличились. У меня всегда грудь становиться больше, когда я возбуждаюсь. Да, ты меня возбуждаешь. Ты такой смешной. Пройдись вот здесь язычком. Только напряги его, чтоб он был как маленький член. Я знаю, что у тебя есть. Хочу вот так. Еще. Еще. Ниже. Возле пупка, ниже. Поцелуй меня. И клитор. Возьми его так в рот и пососи немного, помнишь, как я делала тебе, и лижи. Еще. Еще. Я хочу тебя. Ну, пожалуйста, еще. Возьми меня. Войди. Вставь мне. Трахни меня, ну, пожалуйста. Я хочу тебя. Вот так. Еще, еще. Да, мне нравиться. Нет, не спеши. Я хочу чувствовать тебя внутри. Полежи на мне. Чувствуешь, как я там напрягаюсь? Да, мне приятно. Двигайся. Еще, еще. Быстрее. Глубже. Я сейчас кончу. Я люблю тебя. Люблю, люблю.

Только не кончай в меня. Да, в рот. М-м-м. Какой ты вкусный. Не уходи, дай я слижу. Хочу.

Не спи, тебе пора домой. Мой скоро придет. Конечно будем. Он меня трахает каждую ночь. Не устала, разве это может надоесть.

Все, пока. Спасибо, что зашел. Да, за тобой осталась сказка

18.01.2020

случай

Случай свел меня однажды с одной женщиной, которая стала в последствии моей женой. О том как произошло это знакомство я и хочу рассказать. В мои сорок пять трудно опять жениться, потеряв однажды любимую женщину, каждый раз знакомясь приходится всё время сравнивать всех женщиной с той которая была для тебя единственной и любимой.

Прошло пять лет как жена бросила меня, и вот однажды я собрался в дальний поход. Уложил в рюкзак всё необходимое и пошел. Надо сказать, что чтоб отвлечься от этого удара судьбы, я пристрастился к дальним походам. Я уходил на целый месяц в лес, в самые глухие закоулки Вологодской Губернии. Прошло уже три дня как я покинул последние населенные пункты.

И вот однажды когда день клонился к закату, и я выискивал место для ночлега, я встретил её. Сначала я принял её за зверя, так как она свернувшись клубком спала под огромной сосной. Услышав шаги она в испуге вскочила. Вид её был жалок, лицо её представляло собой сплошной ровный блин. Так она была искусана насекомыми. Джинсы были во многих местах порваны, через которые просвечивалось ноги все в кровоподтеках, рубаха застегнутая на все пуговицы была грязной и тоже во многих местах порванной. На ногах её почему то был один мокасин, другая нога была обернута куском материи. Увидев меня, она громко зарыдала и бросилась мне на шею. Из её рыдания я наконец понял, что приключилось. Они с товарищами пошли в лес по грибы, их было восемь молодых ребят, спортсмены, и довольно сильные ребята. Но получилось так, что они заблудились. Прошло уже четыре недели, как они ушли из дома, хотя они собирались всего на один день, и запасов еды было всего на один день. Вначале они шли нормально, веселились, и шутили неожиданному приключению, но постепенно веселье стало проходить, и на смену ему пришла раздражительность. Через неделю их скитания по лесу, умерла одна девушка, не выдержало её сердце. Затем за ней ещё трое товарищей. Толи они объелись чего-то, толи от огромного количества воды, которую они беспрерывно пили, чтоб утолить голод, но люди мерли как мухи. К концу третий недели, из восьми человек осталось только трое, включая и девушку, которую я нашел. Однажды утром, когда она проснулась ни кого рядом не было, все ребята ушли, бросив на произвол судьбы свою подружку. Теперь девушка шла уже одна, пока не натолкнулась на меня. Я развязал спальник, и заставил её туда залезть. А сам начал готовить ужин. Вначале я срубил схрон, под огромной сосной, и натаскал туда еловых веток. Развел костер и повесил кипятить котелок. Девушка было сильно обессилена, и поэтому мне пришлось бросить в котелок весь запас «шариков выживания», я их так назвал. А готовятся они из смеси перемолотого риса, шоколада, меда, сливочного масла и перемолотых орехов, я использовал грецкие. Всего несколько таких шариков хватает на день пути. Хорошо поддерживает в длительных переходах. Кроме шариков я кинул в котелок и некоторые из растений, которые обильно росли вокруг. Тем временем, я велел девушки раздеться. Стеснение здесь было не к чему, и после некоторого колебания она стала снимать с себя лохмотья, это то, что осталось от одежды. Без одежды она стала выглядеть ещё жалостливее. Как я уже говорил, всё её тело было в кровоподтеках, и синяках. Левое плечо сильно распухло, и имела жалкий вид. Ноги во многих местах имели открытые раны, из которые сочилась кровь. Сперва я решил её обмыть, с помощью чехла из под палатки, я принес воды. Чехол, сделан из материи, которая не пропускает воду. Нагрел камни в костре и кинул в импровизированное ведро. Нагрев таким образом воду, я стал тряпочкой обмывать девушку. Каждый раз когда я касался разбитого места девушка вздрагивала. Дойдя до интимных мест, я на секунду задержался, и продолжил дальше обмывать девушку. Наконец девушка была обмыта, и мне стало лучше рассматривать места порезов и ушибов. Для начала я вправил её руку, от чего она сразу же потеряла сознание. Но это было даже лучше. Остальные раны я стал обрабатывать уже не боясь причинить боль. На их ушел весь запас йода и мази. Сложнее было обработать рану вблизи влагалища. Удивительно, как она там появилась, видно туда её укусило какое то насекомое, а потом девушка сама расчесала, её до крови, которая и загноилась, пришлось взять скребок и обрить всю поверхность вокруг её влагалища. Покусы насекомых были во многих местах, поэтому я сбрил всю пышную растительность на лобке. Смазав специальной мазью все раны, я разбудил девушку. К тому времени я уже засунул её в спальный мешок, и надел на ноги шерстяные носки, для лучшего согрева. Одной рукой я поддерживал её за голову я стал поить её варевом. Она сразу же уснула едва я положил её на подстилку из еловых лапок. Дальней шее передвижение было бесполезно, и я тоже стал готовиться ко сну. В эту ночь, впервые за многие годы, после развода мне стали сниться эротические сны. Мне снилась эта девушка, которую я не знал, даже имя её мне было не известно. Лишь во сне я рассмотрел её фигуру. Даже не смотря на страшные раны, и худобу, она была чертовски очаровательна. За такой обычно ходит табун мужиков, а мне с моими лицом там просто делать не чего, не говоря уж о возрасте. Утром, я первое дело приготовил травяной чай, сдобрив его бараньим салом. После чая девушка опять уснула. А я отправился на охоту. У меня было винтовка, мелкокалиберная. Как раз на мелкого зверя только через час я подстелил несколько лесных голубей. Этой милой девушке, заботу о которой я взял на себя, необходимо было усиленное питание. И уже через час в котелке варилась похлебка из голубей. Пришлось опять будить девушку. На этот раз она ела уже боле сознательно. Поев супу, она стала как-то мяться, я спросил её, но она только вся покраснела, и попыталась встать, ну тут же упала на подстилку. Я всё понял и взяв её, как пушинку, на руки отнес в кусты. Она была как маленькой девочкой. Всего стеснялась и боялась. Но природа взяла своё и она наконец пописала. Я подтёр её и отнес назад. Теперь она не уснула сразу, и только теперь мы познакомились. Её звали Анютой, она училась на четвертом курсе института. У неё был один дружок, который погиб во время их скитаний по лесу. Они даже собирались пожениться после института. Пока она болтала я стал обрабатывать её раны. Теперь Анюта уже не стеснялась меня и я смог хорошо втереть мазь в раны. Рождена она была как кошка, потому, что через пять дней. Раны на ней уже зажили, рука не болела. И хотя она уже вставала, но болезнь подкосила все её силы и поэтому я не решался двигаться дальше. Как и в первый день я втирал остатки мази в её тело. Вроде бы уже и не надо было этого делать. Но прикасаясь к этой милой девушки, я получал не сравнимый не с чем удовольствие. Я натирал все её скрытные места. Подолгу тер груди и соски, и они от этого набухали и твердели, подолгу массировал лобок, и верхнею часть над самым входом во влагалищем. Затем переходил на бедра и там продолжал массировать. Было видно, что её это приносит не меньшее удовольствие чем мне. Но она воспринимала всё это как необходимую процедуру, для её скорейшего выздоровления. Даже тот факт, что я обрил ей лобок, она восприняла спокойно. Раз надо, так надо. Она так же продолжала спать голой, в моём спальнике, даже не стесняясь меня при осмотрах. Я для неё был, что то вроде доброго доктора, которого надо слушать, и доверять во всем. Боясь потеряться она даже нужду свою справляла невдалеке от меня, так, чтоб я её мог видеть. Она боялась отпускать меня добывать еду. А вокруг, я уже выкопал все корни и убил всех съедобных птиц, правда это была всякая мелочь путная промысловая птица не попадалась. Пришлось идти вперед. Передвигались мы медленно, делая в день по пять километров. Хотя предстояло пройти довольно большое расстояние. В нормальном состоянии я проходил по пятьдесят, а теперь мы плелись. Анюта то и дело останавливалась и просилась отдохнуть. Сказывалась ещё сильная слабость. Прошло две недели как я встретил Анюту. Она уже похорошела. Раны почти зажили, и порозовели. Но всё равно, это вошло у нас как в привычку, перед сном я смазывал её мазью. Уже кончилась мазь припасенная из дома, и я готовил мазь на костре, без многих целительных компонентов. Но тот живительный эффект, её исцеления повернул в её голове какой то рычажок. И она требовала натирать её мазью. Чтоб лобок был натерт тоже, она уже сама с моёй помощью стала его брить. Мне честно это тоже доставляла массу удовольствия. Кокая девушка позариться на такого мужчину в возрасте. Только если за деньги. А тут такая красавица. Анюта действительна была просто загляденье. Когда спала опухлость с её лица, исчезли следы покусов насекомых, она предстала такой красавицей, которых я видел только на снимках. Каждый мужик, посчитал себе за благо натирать тело такой богини мазью. Мои руки плавно массировали самые потаенные и интимные места Анюты. Исследовали такие уголки её тела куда не добиралась не одна рука мужчины. Всё было сложено великолепно. Обычно после таких натираний я устремлялся в тайгу, очень сильно было возбуждение. Я не увлекаюсь рукоблудием, и обычно отхожу пробежав по лесу километров пять, Анюта почему то мгновенно засыпала, как только я кончал её массировать. Возвратясь из лесу, я ложился рядом с ней, подстелив под себя только хвою. Во один их дней пути мы набрели на сторожку. Весь покосившийся от времени, он походил скорее на избушку бабы-яги, чем на жилье. Но мы были рады и этому. Я убрал всё в доме и по быстрому стал приготавливать к столу. Надо ещё добавить, что Анюта совершенно не могла ни чего делать в походных условиях. Она не могла не зажечь костер, не могла очистить птицу, не могла даже следить за очагом. У неё всё время выкипало из котелка. И я скрипя сердце практически делал все сам. Вот и здесь в сторожке, Анюта сразу же уселась на лежанку, а мне предстояло натаскать дров. Которые я сперва наколол. Поставив котелок, и зная, что она упустит воду, дождался пока она закипит. Наш скудный ужин был однообразным, каша сдобренная иногда мясом птицы. Правда иногда я добавлял туда коренья, выкопанные на полянах, которые редко встречались в чащах.

Вот и теперь я наварил каши сдобрив ей орешками и ягодами. Мясо я решил запечь в золе. Наконец накануне, я подстрелил глухаря. Ужин предстоял быть обильным. Рядом со сторожкой была небольшая пристройка, наверно прежний хозяин использовал её как баньку. Была она размером полтора на полтора, с небольшой печкой, топящейся по черному, и чугунком, на ней. Тело чесалось от пота, я решил устроить баню. Натаскал воды, затопил каменку, дело нескольких минут. Вот уже и вода закипела, вот уже и дурной дух из бани вышил, камни накалились как следует. Я взял за руку Анюту и повел в баню. Как маленькую я раздел её, сняв грязную одежду. Усадив её на полок, я разделся сам. Для неё всё было в диковину. Было видно, что она впервые в своей жизни видит баню по черному. Плеснул из ковшика на камни, и сразу же всё маленькое пространство баньки заволокло паром. Сквозь пелену пара, я видел белое тело девушки, сидевшая рядом, и полностью доверявшая мне во всем. Я аккуратно и бережно положил её на полок животом вниз, правда она полностью не поместилась и ноги свешивались. Образовывая соблазнительную позу. Я бережно стал встряхивать, припасенным заранее, веником над её спиной. Такой нежной и шелковистой кожи я не встречал раньше. Пришлось бережно и осторожно начать парить Анюту. Моя милая подопечная, начала млеть, когда я касался веником по её телу. Начиная с плеч я постепенно переходил на ноги, на пространство вокруг бедер. Чтоб лучше придать эффект парилки, я начал растирать плечи и ноги девушки. Теперь под моими руками, и от действия пара, тело распарилась и мои руки скользили, возбуждая и без того уже возбужденное сознание моего мужского достоинства. Поработав со спиной, я перевернул мою прелестницу на спину. И тут я заработал с удвоенной энергией. Я клал её ноги, по очереди себе на плечи и руками массировал и массировал ступни, икры и бедра, постепенно продвигаясь вверх. Анюта лежа закрыв глаза, руки её повисли плетьми вдоль тела, по губам блуждала полу томная улыбка, а груди вздымали вверх в так её глубокому дыханию. Веник опустился и стал обрабатывать поверхность грудей , скользя вниз к животу, и ещё ниже в сокровенные женские прелести. Её голое, полностью раскрытое влагалище, двигалась вперед моим рукам. И я ответил на это. Моя рука очутилась там, где хотела иметь в это время, Анюта. Влагалище было жарким и потным. Пальцы раздвинули створки этой милой раковины, и моя средний палец погрузился в её глубину. Анюта раскрыла глаза, и внимательно посмотрела на меня. Губы её прошептали то, что я так давно ждал. Она попросила поцеловать её туда, она так и сказала, туда. Мой возбужденный член торчком стоял и упирался в её подставленную попку. Но это было ещё рано. Я опустился на колени, и когда мой язык коснулся её нежных половых губ, Анюта вздрогнула, и как то выгнулась вся. Поцелуями я покрыл всё её тело не осталось не одного места, где бы я не поцеловал бы её. И опять вернулся к заветному бутону страсти. Мой язык погрузился внутрь скользя вдоль мягких на ощупь складок. Анюта извивалась, и вдруг задрожав вся обмякла и рухнула на мои руки. Я положил её опять на полок и принялся лихорадочно хлестать себя. Облился, вроде полегчало. Тогда я обтер мою девушку, и на руках как маленькую отнес в избу. Еда была уже готова, и аппетитный аромат заполнил всё пространство сторожки. Анюта стала приходить в себя. Мы так и оставались сидеть голые. Поцелуй который подарила мне Анюта стоил много, и я окрыленный этим ответил не менее страстно. Мы ели поминутно целуясь и обнимаясь. Жир стекал по рукам и телу. Мы слизывали его друг с друга, и это ещё сильнее возбуждало нас. Наконец всё было съедено и выпит весь чай. Милая головка прелестницы очутилась у меня на коленях. И её чудный ротик обхватил мой член. Ни когда мне не было так приятно. Маленький язычок скользил вдоль ствола, не забывая и об головке. Потом мягкие губы обхватывали полностью и он погружался в недрах рта. Минут пять длилась эта сцена. И вот мощный поток спермы выплеснулся её в рот. Она не успевала глотать, она стекала по её губам капая на моё тело. Страстный поцелуй наградил её за это. Её слюна смешанная с моей спермой, попала мне в рот. И это было восхитительно, ни когда я этого не делал раньше. Но здесь вдали от людей, с этим милым очаровательным существом, я был готов на всё. Мой член не опустился после первого залпа, и был готов к новым свершением. Теперь я погрузил его в пещерку. Широко раскрытую её руками. Она уселась, обхватила ногами мою талию, таким образом ей самой было отчетливо видно, как член входит и выходит, из её влагалища. Малые губки тесно обхватывали и скользили вдоль ствола член. От обилия смазки и от слюны, при каждом движении слышалось хлюпающие звуки. Сами по себе эти звуки сведут с ума, а тут такое. Короче говоря я кончил в очередной раз. Теперь я выплеснул сперму её на живот. Но она ещё не кончила, и мне пришлось довести её до оргазма, опять ртом и языком. Как потом в дальнейшем выяснится, только с помощью рта и языка она доводилась до оргазма. Милые мужчины. Доводите женщин до оргазма именно таким образом. Нет ни чего брезгливого и неприятного, в том, что после того, как вы кончили, вы опуститесь на колени и погрузите свой шаловливый язычок, в её, милую лишь вам одному, киску. Каждый раз когда оргазм потрясал Анюту, она теряла сознание, такой бурный он был. Мы лежали рядом и теперь у нас друг от друга не было секретов. Я рассказал про всю свою жизнь. Она про свою. Оказалась она до третьего курса оставалась девственна. И только её любимый парень научил её всему. Она рассказала как это было в первый раз, и от этого мы возбудились снова. На этот раз я сел на лавку, а она уселась верхом. Анюта сразу заявила, она на всё согласна, но только, так, чтоб было видно, и её влагалище и мой член. Теперь она скакала верхом на мне. А я тер и целовал её твердые соски. Одной рукой она терла себе между ног. Но оргазм не приходил, и когда очередной раз я кончил внутрь её киски. Она упала и заплакала. Я принялся успокаивать, гладить и целовать, и опять погрузил свой язык внутрь влагалища. Он был полон моей спермы. Но я не обращал внимание на это. И как в прошлый раз довел её до оргазма. Мы уснули обнявшись и крепко сцепившись ногами. Я проснулся от того, что мои ноги затекли. Анюта лежала, положив свою голову мне на грудь. Её нога была подсунута под мою, а другая находилась сверху. Безволосая пещерка, манила и звала к себе. Она как раз находилась всего в нескольких сантиметров от члена. От этого он весь напрягся и встал. Осторожно, чтоб не разбудить её я ввел моего дружка в щелку. Она с радостью приняла его. Мои движения были плавными. Анюта спал, сладко улыбаясь во сне. Волосы пахли баней и травами, белые груди терлись об мой бок, всё это придавала ещё сильное возбуждения. Конечно я кончил. Я не стал вынимать член, и он так и остался внутри. Теперь проснулась Анюта она подняла головку. Огляделась. Увидев, что я сделал с ней, погрозила мне пальчиком. А затем, развернувшись на сто восемьдесят, подставила мне для ласки её влагалище. Сама она занялась моим членом.

Сперма капала мне на лицо а я слизывал её вместе с соками Анюты, которые обильно вытекали оттуда. Вскоре всё было кончено. Как всегда Анюта обмякла и упала на меня . осторожно я выбрался и стал одеваться. Вскипятил чай и собрал остатки вечернего ужина. Анюта лежала и глядела на меня. Она всё это время оставалась голой. Как маленькую девочку я стал одевать мою прелестницу. Видно ей понравилась роль маленькой девочки, потому, что она поросилась ко мне на колени, и я усадив её к себе, став кормить, целуя беспрерывно. Милая, милая моя Анюта. В мои сорок пять такой подарок судьбы большая редкость, и я был согласен исполнять роль сердобольного папаши. День пути пролетел не заметно, теперь мы прошли довольно больше предыдущих дней пути. И вот наконец на третий день пути, после того как мы отдыхали в сторожке мы вышли на поляну, за которой виднелась ЛЭП. Вдоль неё проходила трасса. А уже через час мы седели в лесовозе, и мчались навстречу судьбе. В районном центре пришлось объясняться с милицией. Анюта поместили сразу же в больницу, где её всесторонне стали обследовать. Я же всё писал и писал объяснение, а потом даже не отдохнув, сев в самолет стал показывать место где нашел Анюту. Мы долго кружили над предполагаемым местом нахождением остальных членов группы молодых людей. Но тщетно. Не к вечеру ни на следующий день мы ни кого не нашли. Правда через неделю поисков нашли трупы нескольких ребят, но живых не было. Когда вечером я вернулся из полета, Анюты уже не было. За ней из столицы на собственном самолете прикатили её родители, которые забрали долечиваться в центр. Три дня проведенные в этом городке, бесконечные бессонные поиски ребят полностью лишили меня равновесии. Болезнь подкосила меня, и я уехал в родной город, там болел много месяцев, пока не выздоровел. Но душевного равновесия я не получал, и поэтому я решил уйти в спасатели, чтоб на экстремальных ситуациях забыть мою богиню боль от безнадежной потери. Анюта ушла, и с ней ушло некоторое равновесие, которое я приобрёл после ухода жены. Второй раз меня кидают женщины, и второй раз, я пытаюсь найти ту грань, за которой можно забыться и не видеть своих мелочных невзгод. . Я объяснил ситуацию, и мужикиспасатели, поняли всё без слов. Я поступил в спасатели, благо ребята меня уже знали. Прошёл их экзамен, и выдержал первые испытания. Понемногу боль прошла, повседневные заботы, заботы о других людях, которым нужна была моя помощь, помогли мне забыть Анюту и ту не сравненную ни с чем прелесть нашего общения. Прошли годы и вот однажды будучи в командировке .

в Москве, я проходил мимо одного из офисов шикарной фирмы. Из дверей выпорхнула сногсшибательной красоты девушка и бросилась мне на шею. Я обалдело глядел на красавицу. Это была моя Анюта. Красота природная, подчеркнутая, шикарным платьем, и дорогими украшениями, сделали из неё недосягаемую для смертного девушку. Как оказалась, она случайно выглянула на улицу и увидела меня.

И она бросила всё и вот, теперь стоит посредине улицы у меня на шее и в долгом поцелуе пытается всего меня поглотить. Поток прохожих мирно огибал нас, кто с улыбкой, кто равнодушно, взирал на нашу встречу. Мы плыли на волнах нашего маленького счастья не замечая ни чего и не кого вокруг. И только птицы славили нашу любовь. Но настал миг и мы вернулись на грешную землю. Мир вновь померк, и вновь между нами возник океан. Который не в силах ни кто преодолеть. Взяв меня за руку она повела меня в свой кабинет. И там мы уже вволю наговорились, за чашкой кофе. Она работает управляющим в одной корпорации, за мужем. Муж крупный бизнесмен. Вроде всё в доме есть. Нет только того маленького счастья которое было у нас. Во время наших странствий по лесу. Я спросил, что же она видит вол мне такое, что другие не могут дать. Я не атлетического вида, уже не молодой. Да и внешне далеко не эталон мужской красоты. О богатстве и говорить нечего. Говорить красиво я не могу. В ответ она лишь улыбнулась и произнесла мне фразу, которая свалила меня с ног. Ты можешь дать любой женщине, то, что она только мечтает во сне. С тобой, говорит она, чувствуешь себя маленькой и полностью доверяющей тебе, девочкой. С тобой я впервые почувствовала себя настоящей женщиной. А так все вокруг всё только обертка. Которая как фантик, попользовался и выкинул. Красивая, но совершенно бесполезная вещь. И тут поступило предложение, которое она, проговорила едва дыша. Я должен был стать её тайным любовником. И жить где ни будь за городом. Как и в том заповедном лесу, я не мог устоять перед её красотой. Сломленный во второй раз я согласился. Этим вечером я познакомился с членами её семьи. Это были большие люди, одним словом. Через несколько дней я устроился в лагерь по подготовке, специалистов на выживание. Он находился как раз за городом. И там же нашел не дорогой домик. Деньги на него дала моя Анюта. Всё убранство домика она сделала сама. Так я стал невольно, или вольно на содержании Анюты. В один из вечеров, когда так противно быть одному в пустой квартире, она прикатила на своем авто. Благоухая духами она впорхнула в мою жизнь. На её теле не было ни одного пятнышка которого я бы не знал, не изучил за те часы которые мы провели в том лесном плену. Одежда скинута и любовники сплетаются в тесные объятия, которые сильнее самых мощных цепей, которые не в силах разорвать ни какая сила. Кажется саму вечность длиться этот поцелуй, наши языки облизывают поверхность ртов друг друга. Я с глубоким наслаждением пью её слюну, которую она с удовольствием источает в мой рот. Теперь я стараюсь напоить её своей слюной. И она тоже поглощает всю её без остатка. Как два не ведающие усталости человека мы падаем на пол, застланный, с большим ворсом ковром.

Теперь наши руки и рты жаждут большего и я погружаю, до боли знакомый мне, такой милый моему сердцу уголок, её тела, расположенный как раз между ног. Аромат источают этот источник, божественной неги. Мой язык скользит и пронзает, входит внутрь влагалище. А оно уже готово, оно уже сочится. Сок течет по моим губам, рту, подбородку. Я с трепетом пью его и наслаждаюсь, наслаждаюсь. Как давно я ждал этого мига, и ни чего, что она не моя жена, и пускай она спит ещё с другим, она сейчас принадлежит мне, и только мне. И это самое главное для меня. Анюта развела ноги и положила мне на плечи. Её широко раскрытые глаза светились своей небесной синевой. Она смотрела на мою усладу, и её руки скользили мою голову. Короткая стрижка, не позволяла схватить как следует волосы, но все равно тонкие пальцы, Анюты, вцепились мертвой хваткой в них. Мое наслаждение не проходило, я все погружал и целовал все, куда доставал моя язык. Вся поверхность промежности Анюты, блестела от моей слюны и от её собственных соков. Пальцами, раздвинув нежные складки малых губ, поцелуями покрыл всю её поверхность. Спускаясь ниже, я покрыл поцелуями все ягодицы, и маленький скромный вход, внутрь попы. Анюта изгибалась и извивалась как уж. Пот покрыл всё её тело. и когда она упала обессиленная первым оргазмом, я стал слизывать весь этот пот, моей ладушки, моей богини. Анюта открыла глаза, и её рука очутилась на моем члене. Вся её заждавшиеся изголодавшиеся плоть рванулась вперед. И я сразу почувствовал её язычок на своем члене. Он стал орудовать, стараясь увеличить, и без того могучий, размер члена. Губки моей милой, заскользили по всей поверхности. Ручкой, ноготками вцепились в мои яйца. Острая боль пронзила меня, кровь закапала из под ноготков. Но вместе с болью пришло то самое небесное, ни с чем сравнимое. И я поплыл на волнах блаженства. Наконец долгожданная сперма хлынула в ротик Анюты. И потекла по её розовым щечкам. Мои поцелую заставляют её раскрыть свой рот, и я снова начинаю пить её слюну. К тому времени, когда мы наградили, друг друга хорошей порцией слюны, я был готов к бою. Как и раньше я сел на лавку, а ко мне на колени опустилась Анюта. Тотчас моя головка оказалась обхваченной нежным бутоном женского цветка любви. Влагалище сочилось и источала аромат. От него просто кружилась голова, и всё вокруг плыла. Анюта скакала на мне вцепившись в мою спину, своими коготками. И я чувствовал как кровь выступает из под её коготков, и струится вниз по спине. Стараясь как можно глубже кончить внутри её, я тесно прижался к телу Анюты. И она ответила мне тем же.

Дрожь прошла по моему телу. Дрожь наслаждения. И как много раз подряд пришлось доводить Анюту только языком. Мой сок медленно вытекал из её щелки, а я пил его и сок самой девушки. Мой язык неистовал, и торжествовал. Он и только он мог довести эту красавицу до настоящего оргазма. Мы упали и лежали обнявшись, несколько минут. Анюта встала, и мы пошли в гостиную, к праздничному столу. Вино, мясо, запеченное в духовке, наши голые тела, добавляли экзотики к нашему столу. Мы постоянно целовались и пили вино, передавая его друг другу ртом. Перемазанные вином и остатками еды мы двинулись в спальню. И тут Анюты потребовалась в туалет. Но я настоял и мы вместе пошли в ванную комнату. И там усевшись на корточки мы стали поливать друг друга мочой. Сначала из глубины пещерки Анюты, журча брызнула струйка, я подставил руки и стал размазывать по своему телу. Потом струйка превратилась в ручей, переходящий в поток. Все наши ноги живот были перемазаны мочой Анюты. И когда поток иссяк, из моего ослабленного члена хлынула живительная влага. Держа член рукой, я оросил груди любимой, и милый животик. Наконец и мой поток кончился. И теперь мы стояли, уже правда под струями душа, и целовались. Нам двоим, ни когда не было так хорошо. На были в райских гущах. Даже не вытиравшись, мы переплыли на волнах блаженства, в спальню. Попка и только попка, ждала своей участи. Язык опустился и стал помогать ей прийти в соответствующие состояние. Когда всё было готово, я вошел в неё без всяких помех. Но Анюта требовала, чтоб она всё это наблюдала. И мне пришлось сделать это. Я принес видео камеру, и подсоединил к телевизору. Теперь на огромном экране, Анюта могла наблюдать, как обнаженная головка моего члена, окруженная прекрасными ягодицами, медленно исчезает в недрах прямой кишки. Затем также медленно головка выскальзывала, из тесного плена ануса, вся влажная и слюны. Постепенно темп, нарастает, и теперь яйца выбивают ритм, ударяясь об попку. Анюта требует большего, и я погружаю три пальца ей во влагалище и теперь я чувствую ими свой член. Теперь Анюта кричит, вцепившись ногтями в кожу спины. С ней уже ручейком сбегает кровь. Но мне хорошо с ней, и я просто покрываю поцелуями всё лицо и плечи любимой. Настаёт миг, которого мы так ждали. Совместный оргазм, потрясает нас, и мы падаем, не разжав объятия. Нам хорошо вместе, наш приятно делать друг другу то, что ждем на самом деле. Засыпая Анюта сплела свои ноги вокруг моей талии. И хотя мне не удобно, но ради своей любимой, ради красоты, что сводит с ума, я готов на все лишения. Через месяц Анюта развелась со своим мужем, и я становлюсь единственным человеком, единственным мужчиной, который владеет, владеет безраздельно телом милой Анюты. Моя милая богиня, мой ангел, на краю небесной неги, стала моей женой. И не кто не смог сказать не чего плохого об нашем браке. Браке, освященный самим небом. Ведь если бы я не нашел Анюту, если бы Анюта не познала меня, мы так и остались бы в безраздельной власти неудовлетворенной страсти. Страсти дикой и необузданной. Я благодарю небеса, за то, что есть на свете Анюта, и большего мне не надо. И хотя наши отношения выглядят странно для окружающих, ведь Анюта общается с такими красавцами мужчинами, но она всю без остатка отдает только мне. Её любовь такая сильная, что мне иногда кажется странным, что она делала раньше когда меня не было. Но и я теперь не мыслю, даже не представляю, чтоб я делал если бы её вдруг не стало

17.01.2020

поезд из прошлого

Рука по привычке потянулась к пумпочке будильника, но, вспомнив, что сегодня суббота, безмятежно юркнула обратно под щеку. Суббота! Не надо в полусне тащиться на кухню ставить чайник, не надо пытаться в зеркале узнать себя любимую, не надо никого будить: Ничего не надо. Не-на: Нос недоуменно уткнулся в подушку: слева, где по обыкновению располагалась подмышка Игоря, не было ни ее, ни собственно, Игоря. Блин! Я же сегодня одна!

Женское счастье муж в командировке, хомячок и дети у свекро-о-овки. Нет, что ни говори, а наличие командировок и свекрови, если они обе случаются нечасто, смело можно отнести к маленьким радостям жизни. Сон превратил недодуманную мысль в радостную полосатую абстракцию.

Дз-зинь! Причудливый мир разбился о зуммер дверного звонка, разноцветные осколки сложились в знакомую обстановку спальни. Дзииинь! Ну, почему, почему другим плохо, когда мне хорошо?! Я открыла дверь, даже не спросив, кто приперся. Не знаю, чего такого выражала моя физиономия, но почтальон (а это был именно он), протянувший мне телеграмму, испуганно извинился. Телеграмма оповещала меня о том, что некий Анатолий Донцов "будет проездом в нашем городе и очень надеется на встречу".

Мое тело хорошо отлаженным автоматом прошествовало на кухню, водрузило чайник на плиту и благополучно оказалось в ванной. Донцов: Донцов: Кто это такой? Теплые струи душа светлым потоком блаженства лились на голову, плечи, грудь: Недовольство испорченным утром, раздражение на весь белый свет, загадочный Донцов журча, убегали по трубам канализации.

Упругие струи воды ласкали руки, шею, "и нас, и нас", улыбаясь, тянулись к водяным пальцам груди, живот, ягодицы: Теплый ливень целовал отвердевшие сосочки; низ живота зажмурился в истоме, а набухшие лепестки подрагивали от ручейка, стекавшего с узенькой полоски темных волос. Нежная рука душа прикасалась то сильно, то слабее к раскрывшимся в ожидании ласки "губкам": М-м-мммм:. О-О-О! Прозрачные слезы экстаза, смешавшись с водой, слабостью потекли по дрожащим ногам:

Да, жизнь, определенно зародилась в воде! Натянув на влажное тело любимую белую футболку и мурлыча что-то типа: "Хрена ль нам, красивым бабам:", я отправилась на кухню сибаритствовать. Жестяная банка "Nescafe" была безжалостно отодвинута в сторону, зато из глубины шкафа был извлечен полотняный мешочек с коричневыми зернами.

Вот подумать: эфиопы, дикий народ. Но какой у них кофе! Когда у меня есть время и настроение, я пью только натуральный кофе, собственноручно обжаренный и собственноручно же смолотый. Варить кофе искусство. Мелочей в этом деле нет. Конечно, конечно можно просто налить в турку воды, всыпать ароматное крошево, дать закипеть и все дела, а лучше развести кипятком ложку гранул. Да... Но причем здесь кофе? Не-е-ет, если вы хотя бы раз пили КОФЕ, то поймете, о чем я говорю.

Донцов, доставая коньяк из холодильника, улыбнулась я: Ну, конечно, это ты Толя. Просто у тех дней нет имени и фамилии. Я не вспоминала о тебе. Чтобы вспоминать, нужно забыть: То, что ты мне дал, как умение ходить, дышать оно просто есть. Когда это было? Давно:

Поезд третьи сутки тащился по степям Казахстана. Однообразный ландшафт, однообразные лица, однообразные разговоры, однообразные вареные куры. Как я ненавидела этот поезд и всех, кто в нем ехал! Мои одноклассники сейчас кайфуют на пляже, а вечером пойдут в кино. На последнем ряде так классно целоваться: При мысли об этом у меня заныло под ложечкой.

На целый месяц в деревню к тетке, которую я в жизни не видела, в Алейск, которого-то и на карте нет. И все потому что ":дитю нужен спокой, питание и воздух". Попытки переубедить бабусю и маму привели к тому, что мое нежелание покидать город было истолковано как пагубное влияние улицы, порочная влюбленность в охламона и тайное курение. В результате билеты на поезд были куплены на неделю раньше, чем планировалось. И вот третьи сутки вторая полка.

Поезд на станцию прибыл ночью. После недолгих колебаний мама и бабушка решили не дожидаться утреннего автобуса, а идти пешком. До деревни, по их словам, было что-то около двух километров. Мне было глубоко по фигу, тем более, что расстояния для меня измерялись в кварталах. Когда мы, наконец, добрели до лающих собак, я даже не обрадовалась, потому что устала и хотела одного спать, о чем и объявила своим родственникам, прервав радостные восклицания с обниманиями и поцелуями. Моя тетка, оказавшаяся Машей, привела меня в небольшую комнату:

Поспи сегодня здесь, деточка, а завтра мы тебе кровать из сарайки принесем. У меня племянник в гостях, так он тут спит. Сено они с дядькой косить уехали, до утра уже не будет его, раз до сих пор не вернулся.

Я разделась и бухнулась в кровать. На перине мне до этого спать не приходилось. Я провалилась в пуховые недра, мимоходом оценив непривычное ощущение невесомости. Вагонные колеса стучали в ушах, перед глазами плыла степь:

Я не слышала, когда он вошел, и не почувствовала, когда сел рядом. От чего я проснулась? От чего я проснулась:

Я проснулась от ощущения солнечного зайчика на щеке теплое, почти горячее, подрагивающее прикосновение. Предрассветный сумрак отчетливо прорисовывал склонившийся надо мной силуэт. Сильная рука не грубо, но решительно зажала мне рот, остановив крик испуга, который наверняка смог бы поднять на ноги весь дом, если бы вырвался наружу.

Ц-с-сс, не бойся. Я уберу руку, а ты не кричи. Я здесь живу, ты спишь на моей кровати:

я же не кричу. Уверенный приятный голос и смешок в нем несколько успокоили меня, хотя я с трудом осознавала, где я и почему. Наконец череда событий выстроилась в логическую картину, и я кивнула в знак согласия. Сердце бешено колотилось: от внезапного пробуждения, от пережитого испуга и от :

близости мужчины:

Но оно тогда еще не знало об этом.

Меня зовут Толиком. А тебя Афродита? Венера? Тебя зовут Судьба, в его шепоте не слышалось ни насмешки, ни даже улыбки. Он пугал меня этот шепот и одновременно зачаровывал.

Меня зовут Ириной, севшим голосом пролепетала я.

Ирина, повторил он, как бы пробуя на вкус: Иришка, Ирочка:

Нет, тебя зовут Судьба.

Мне было не просто страшно, мне было жутко: сумрак искажал черты лица до гротескных, искажал голос до запредельного тембра. Мне хотелось бы думать, что это сон, но я знала не сон.

Он потянул с меня одеяло. Я вцепилась в этот мягкий лоскут изо всех сил, готовая заорать. Наверное, он прочел в моих глазах этот животный страх.

Не бойся, маленькая. Я не трону тебя. Но я должен посмотреть, позволь:

Только посмотреть:позволь, пожалуйста, позволь, шептал он страстно и умоляюще.

Я не знаю, что было такого в его голосе, но страх действительно отступил и пальцы разжались. Руки машинально закрыли грудь и низ живота. Он мягко отнял их.

Не надо, ну, пожалуйста, не надо. Не смотри на меня, я чувствовала себя беззащитно обнаженной и ужасно уродливой. Никогда еще никто не рассматривал мое тело так:

так откровенно, так бессовестно. Мне было шестнадцать лет, и у меня был мальчик, с которым я целовалась, который "зажимал" меня, больно тиская груди. Свой мальчик был у каждой уважающей себя девчонки в моем окружении. Мы не доходили до физической близости. Он, наверное, боялся этого еще больше, чем я. Мы были, по сути, детьми, торопящимися стать взрослыми. Поцелуи, зажимания атрибуты взрослой жизни. Я, бравируя, лишилась бы девственности, а он бы, не задумываясь взял ее, если бы не боялся потерять свою:

Сейчас было все по-другому. Его руки дрожали. Они гладили меня и просто тряслись.

Боже, как ты прекрасна! Я знал, что увижу тебя, я всегда это знал.

Его голова склонилась над моею. Я попыталась оттолкнуть его плечи. А он брал мои отталкивающие руки и покрывал поцелуями ладони, пальцы, запястья. Его горячие губы прильнули к моим, поглотив их в долгом поцелуе. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, внутри меня рождалось нечто, что летело протяжным стоном в небо, но мозг твердил: "нельзя! нельзя!"Обними меня, чуть не плача просил он."Нельзя! Нельзя!" стучало в висках. Мои руки безвольно лежали вдоль тела, подчиняясь приказу: "Нельзя!". Его губы коснулись соска, я напряглась и вздрогнула, интуитивно приготовившись к боли. Но боли не было. Задыхающаяся радость родилась где-то внутри ( что там? солнечное сплетение? может быть:

может быть), пульсирующей точка любви росла, заполняя все тело, и вырвалась наружу волной дрожи и влагой:

Что ты со мной делаешь! Милая моя, ненаглядная:

что ты со мной делаешь, девочка! прерывисто шептал он."Что ты со мной делаешь?!", рикошетило в голове: "Нельзя! Нельзя!"Его голова опустилась на мой живот и ниже. Мои руки резко оттолкнули его, решительно закрыв "запретный треугольник". Он уронил голову на мои бедра, не в силах бороться. С его лба стекала струйка пота, щекоча кожу ног. Он как-то обмяк и затих. Протяжный вздох.

Господи, я чуть не сошел с ума. Прости меня, ласточка, я напугал тебя, шептал он, целуя мои ноги.

Рыдания сотрясали мое тело, пугая меня и его.

Ну, прости. Прости. Я не мог сдержать себя. Ты не поймешь. Ты не видела себя спящей. Я ждал тебя. Я так долго тебя ждал, покрывал он поцелуями мои глаза. Не плачь, прошу тебя.

Да. Вот так мы познакомились с тобой, Толя. "Мы странно встретились и странно разошлись". Наступило хорошее летнее утро со всеми присущими летнему деревенскому утру прибамбасами: ласковым солнышком, щебетанием птиц и при этом гулкой тишиной. При свете дня Толя оказался вполне симпатичным, два года назад демобилизовавшимся воином. Я украдкой смотрела на него, боясь встретиться глазами. А он наоборот, смотрел на меня открыто и долго, стараясь поймать мой взгляд. Больше мы с ним не спали в одной комнате, мне была принесена обещанная койка из "сарайки", и установлена под недреманным оком родственников.

Но, Боже ты мой! Разве такой пустяк мог быть преградой для пытливого ума и жаждущего сердца? Никак! Толя: Он сделал меня женщиной, сдержав свое обещание "не трогать". Он разбудил во мне женщину. Он показал меня мне и научил любить, то, что я увидела. Мы провели с ним не одну жаркую ночь. И каждая из них хранится в моей, нет, не памяти, в душе, в подсознании, и извлекается наружу ощущениями, когда меня ласкает другой мужчина.

Я не помню лица твоего, Толя, но я помню твои слова:

Ты, как море, манишь к себе. И как море, скрываешь свой прекрасный мир, надо погрузиться в тебя, чтобы увидеть его, а увидев, уже никогда не забыть. Я погрузился, и я не забуду. Никогда. Уже потом, когда, я лишилась таки девственности, я пожалела, что сделал это не ты.

Кофе был допит и решение принято. Я посмотрела на часы, поезд подъезжал. Оделась, вышла, заперла дверь. Телеграмму я воткнула сверху таблички с номером квартиры. Пусть, если он придет, увидит, что я ее не получала.

Нельзя, Толенька, войти в одну реку дважды:

и в одно море тоже."Нельзя! Нельзя!"

16.01.2020

первая измена

Довелось мне работать в коммерческой структуре. Я как человек женатый и соблюдающий нормы, никогда не изменял жене. Но всё же в глубине души об этом только и мечтал.... Со мной работала замужняя женщина по имени Лина. Маленький рост, небольшая грудь и полная попа. Картина конечно не возбуждающая. Но её губы!

О, если есть что то более возбуждающее на свете, оно не сравнится с этими губами. Сколько раз я представлял себе как они обволакивают головку моего члена. Сколько раз я бегал в туалет с этой блаженной идеей. Но позволить себе что либо я так и не решался. Да и Лина никогда не давала повода.

Вечные разговоры о детях и проблемах.

Но время брало своё. Постепенно мы сближались, сами не подозревая того.

Как-то вечером мы остались подбивать баланс за предыдущий месяц. Закончили довольно быстро и без проблем подсчитали все итоги. Но уходить почему-то не хотелось. Я начал рассказывать анекдоты на сексуальную тему. Лина смеялась и рассказывала тоже. Постепенно мы начали обсуждать проблемы сексуальных отношений. Тогда мне Лина вдруг призналась что ей никто и никогда не делал ЭТО орально. Для меня это прозвучало как приказ к действию. Я подошёл к ней и начал целовать. Она только успела прошептать Что ты делаешь? Зачем?

Но для меня это уже не имело никакого значения. Самым наглым образом я начал залезать ей под юбку.

Мне хотелось побыстрее овладеть ситуацией, и я спешил. Моя рука добралась к заветному треугольнику, но постоянное сопротивление Лины не давало мне шанс на нормальные действия. Когда я начал поглаживать её в районе клитора, она немного успокоилась и прошептала Ну что ты со мной делаешь?

Я уложил её на стол, быстро сташил её довольно уже мокрые трусики и с жадностью припал к возбуждённому влагалишу. Я работал языком не переставая не на секунду. В ушах слышался какой то шум и стоны моей сотрудницы....

Я больше не могу, давай поменяемся. Не заметив и не поняв, когда именно Лина испытала оргазмы, я очень гордо произнёс фразу Ну ясное дело. Профи работал!

На мою напарницу впечатления это не произвело. Она не могла справиться с моим ремнём. После того как я ей помог, она стянула мои брюки вместе с трусами. Перед ней оказался мой богатырь во всей своей красе.

Понимая своё состояние, я знал что мне и секунд 10 хватит, что бы кончить. Но своим видом этого я не показал.

Только в рот не кончать!

Не волнуйся, сказал я хриплым голосом.

И вот наступает момент, который я так долго ждал. Её супер-губы медленно, как в кино, открываются. Розовый язычёк выходит вперёд и касается головки моего члена. У меня закатываются глаза, но я вижу как её ГУБЫ образовывают круг на моем члене. Перед глазами побежали круги и космические картинки... Вдруг я почувствовал как начинаю кончать.

У меня были 1-2 секунды, что бы выташить член. Или хотя бы предупредить о готовяшемся извержении вулкана.

Но я этого не сделал. Потому что не хотел этого делать. Хотел кончить в эти прекрасные губы....

Что было дальше, предугадать не трудно. Лина убежала в туалет. Её не было минут 15. За это время я осознал произошедшее. Мне не было стыдно. Как ни странно, но и угрызений совести тоже не испытывал.

Когда Лина вернулась, то я хотел извиниться. Но она предвидя это перебила меня Ничего, бывает. Я на тебя не в обиде. Ту ещё хочешь? Если да, то давай быстрее. Мне домой пора.

Увидев её жалание побыстрее смыться, я мило предложил взять тачку и поехать по домам. Дабы возместить время потраченное на утехи. Когда мы приближались к её дому, она вдруг сказала Ты своей жене об этом расскажешь?

Поняв эту фразу как шутку, я весело сказал Конечно! И даже с подробностями!

В ответ я получил прекрасную улыбку.

На следующий день моя Лина не пришла на работу. Через неделю она тоже не появилась.

И одним весенним утром зашёл мой патрон с довольно миловидной женщиной и сказалЛина с нами больше не работает. Она уехала в другой город с мужем. А это Валя.

Прекрасный специалист. Надеюсь что вы сработаетесь.

Я тоже надеюсь, сказал я жадно посмотрев на разрез очень короткой Валиной юбки....

15.01.2020

новая секретарша

Моя новая секретарша просто прелесть очаровательное юное создание: совсем ещё девочка (ей было 18-ть лет), она выглядела просто великолепно: волнистые золотые волосы, спадающие на плечи, большие голубые глаза, чуть вздёрнутый милый носик, очаровательная линия рта, тонкая изящная шея, высокая грудь, которая была заметна, несмотря на строгий костюм, тонкая талия, маленькая попка и длинные красивые ноги. Одета она была, как я уже сказал, строго: серая юбка чуть выше колен, пиджак, под ним белоснежная блузка, тонкие чулки, туфли на невысоком каблуке. И этот наивный детский взгляд, который её вовсе не портит, а наоборот подчёркивает её невероятную сексуальность, сквозящую в каждом её движении: походке, жестах, в том, как она пишет, работает за компьютером. При этом сексуальность её такая естественная и неподдельная, будто она дана ей от рождения, что скорее всего так и есть. Такой она предстала передо мной сегодня, а зовут эту невероятную девушку Аня.

Весь день она выполняла свою работу безупречно. Я видел её много раз, когда она приносила мне документы, спрашивала о работе, забирала письма. И каждый раз я замечал в ней что-то новое, что делало её ещё более привлекательной. Я даже не мог думать о работе, я думал только о ней. За полчаса до окончания рабочего дня, когда она принесла мне чай, я не выдержал: после того, как девушка поставила поднос, я встал из-за стола и обратился к ней со словами благодарности за отличную работу, сказал, что она обязательно должна остаться у нас, а сам тем временем обошёл стол, приблизился к Ане, и внезапно поцеловал её в губы, затем в шею, обнял её. Она не отвечала на мои поцелуи, но и сопротивляться не пыталась, боюсь, в этот момент она думала только о своей работе, о том, чтобы не потерять её. Но я уже не мог остановиться. Я аккуратно расстегнул её пиджак, продолжая целовать девушку, после принялся за блузку и, стянув их с Аниных прекрасных плеч, стал продвигаться вниз, поцеловал живот, занялся застёжкой ремня на юбке.

Теперь она уже оставалась в одном нижнем белье. Надо сказать, что оно было подобрано с ни меньшем вкусом, чем одежда: белый кружевной лифчик, чашечки которого были чуть выше сосков, и такие же кружевные полупрозрачные трусики. Сама Аня стояла, опустив голову, не смея взглянуть мне в глаза, милое личико было залито красной краской. Странно, но от этого я возбудился ещё сильнее. Я расстегнул быстрым движением руки её лифчик, а потом снял его. О, моя догадка оказалась верной: груди Ани были действительно великолепными: высокие, упругие, похожие на два спелых яблока. Я стал целовать их, ласкать языком, рукой, нежно покусывать за розовые сосочки, а другую руку тихо просунул в трусики и провёл ею по нежной плоти, которая скрывалась под ними. Аня чуть вздрогнула и порывисто вздохнула, но, как мне кажется, это не был вздох наслаждения, а, скорее, страх, учитывая то, что покраснела она ещё сильнее. А мне хотелось, чтобы она тоже была возбуждена, и тогда я стал действовать медленнее и издалека: я посадил её на стол, а сам опустился на колени напротив.

Погладил левую ногу, снял с неё туфлю, потом сделал то же самое с другой ногой, провёл руками снизу вверх и стянул с Ани чулок, вскоре на полу оказался и другой, я стал ласкать её ступни, поцеловал пальчики ног, провёл языком до колен, погладил их и, таким же образом, продвинулся ещё выше, затем осторожным движением раздвинул сжатые ноги девушки, она подчинилась моему движению. Я стал медленно облизывать внутреннюю поверхность её икр, всё ближе и ближе продвигаясь к заветному месту, вот я уже провожу языком возле шёлковых трусиков и снимаю их, на этот раз она не покраснела, что придало мне новых сил для любви. Я увидел её гладкий лобок без единого волоска, а также то, что она уже не девственница, что не удивительно при её красоте, но странно при её стеснительности, а может она такая только со мной.

Однако долго раздумывать над этим я не стал, а сразу прикоснулся своими губами к её губам любви, ввёл внутрь язык, стал им там крутить, двигать. Так я долго ласкал Аню, используя все известные мне способы и, наконец, услышал тихий стон, потом ещё и ещё. Губами я чувствовал, что она возбудилась, тогда я встал, снял с себя брюки, трусы, подошёл к столу, взял Аню за её хорошенькую попку, а затем медленно подался вперёд, она глубоко вздохнула, я повторил движения. Сначала я делал всё медленно, чтобы она чувствовала, как моё копьё пронзает её, медленно продвигается всё глубже и глубже в её красивое тело. Девушка всё это время тихо постанывала, она явно пыталась сдержаться, скорее всего Аня боялась признаться сама себе, что ей нравиться это, не знаю, но когда я увеличил темп, она уже не могла сопротивляться, стала громко стонать при каждом моём движении и неожиданно подняла на меня глаза, в которых уже не было прежнего страха. Я наклонился и поцеловал её, не прекращая пронзать.

Так продолжалось некоторое время, потом я остановился, взял её за ноги и забросил себе на плечи. Это заставило Аню откинуться назад и лечь на спину, я же аккуратно вошёл в неё теперь уже через заднюю дверь, продвигаясь медленно, чтобы не вызвать у неё боль. Потом стал делать это быстрее, лаская руками её нижние губы и клитор. Судя по реакции, это доставляло ей неописуемое наслаждение: она громко кричала, мотала головой. Боже, как красива она была в тот момент-это детское личико, искажённое наслаждением, растрёпанные золотые кудри и великолепная грудь, которая то вздымалась, то опускалась, я раньше никогда не видел более возбуждающего зрелища. Но всё же я остановился и знаком указал на диван, Аня поняла это, легла на него, широко расставив ноги. Я избавился от остатков одежды, лёг на неё и начал движения любви.

С того времени, как я её первый раз поцеловал, с моих уст не сорвалось ни одно слово, я считал, что они будут излишни, но теперь, когда мы, сплетясь вместе, доставляли удовольствие друг другу, комплименты просто полились из меня. Она слушала меня, стоная и порывисто вздыхая от удовольствия. Через несколько минут я не выдержал и наше наслаждение, достигнув своего пика, закончилось. Некоторое время мы лежали, ни шелохнувшись, тесно прижимаясь друг к другу. Потом я поцеловал Аню последний на сегодня раз, встал и начал одеваться. Через секунду она последовала моему примеру. Мы делали это молча и разошлись по домам не сказав ни слова, но её взгляд, брошенный на последок, был красноречивей любых речей.

Надеюсь, наши отношения примут регулярный характер

13.01.2020

моя поздняя любовь

Юноши и девушки, женщины и мужчины, оглядитесь. Где-то рядом находится то, что вы так долго и безуспешно ищите. Он, она, только единственный в своем роде. И пусть внешне он, она ни как не проявляет признаков внимание к вам, это ни о чем не говорит. Ваши тайные мечты, в самых глубоких закоулках подсознания, может оказаться, что сбываются так просто, и совсем не с тем человеком, с кем думается поначалу. Думайте сами, решайте сами, но стоит сделать шаг к тому кто не заметно для глаз, источник ваших грез.....

Женился я рано, и как-то неудачно, жена внешне привлекательна, оказалась, очень капризной, и неумелой женщиной. Она всё требовала и требовала, а взамен, не могла приготовить даже элементарного борща. Вместо этого она бегала по подругам и гостям, даже в квартире всё время было не прибрано, хотя она работала на пол ставке, не хотелось связывать себя полным рабочим днем. На этой почве у нас постоянно возникали скандалы, которые и привели к разводу. Развелись мы быстро как и сошлись. И потекла моя размеренная жизнь холостяка, друзья несколько раз пытались меня свести с другими девушками и женщинами, но всё было бесполезно. Постепенно я превратился в заядлого холостяка. Когда мне было за сорок, произошла история, которую я хочу поведать.

Моё умение исправить любую технику приносила мне неплохой дополнительный заработок. Но не в этом главное. Как и все кто занимается ремонтом, я постоянно куда-то приглашался. Однажды меня пригласила одна одинокая женщина, из другого отдела, у неё сломался телевизор. Суть да дело, но мы познакомились, начали встречаться, сходили несколько раз в кино, театр, музей. Очень много говорили. Звали её Наталья Викторовна, и ей было за далеко за тридцать. Внешнее была она не привлекательной, с полноватыми бедрами, с небольшим животиком, короткой прической, её голубые глаза выглядывали из под очков на мир подслеповатым взглядом. Короче была она женщиной которая не очень привлекает мужиков. Она рассказала про свою жизнь, как и я, она была в разводе. Первый муж оказался сволочью, пил постоянно и гонял по квартире в пьяном угаре. А одним вечером привёл какую-то пьяную женщину, и заявил, что от ныне она будет жить здесь. А, что касается прежней жены то она выгнал её, из квартиры, выставив вещи на улиц. Моя знакомая, была женщиной тихой и очень ранимой поэтому, сглотнув обиду уехала, из этого города. Так она живет одна, правда пыталась ещё раз выйти замуж, но всё время горький опыт был напоминанием о прелестях супружеской жизни. Наталья была так мне близко по духу, что я не верил своим глазам. Она, как и я любил дальние походы в лес по ягоды и грибы. Любила покопаться на дачном огороде, не брезговала, как моя жена черный труд. Умела и вкусно готовила, а когда увидела как я починил ей всё в доме, расцеловала меня в нос. Наши разговоры о том, что происходит вокруг, в мире, наше понимание вечных ценностей, всё теснее сближали нас между собой. Мы несколько раз совершили пешие прогулки за город. Целовались как молодые, но интимной близости дело не доходило. Я не торопил, понимал, что она боится чего-то, а время, как известно лечит. Прошли несколько месяцев после нашего первого знакомства, и вот как-то раз мы сидели и разговаривали о прошедшем по телевизору фильме. Постепенно наши разговор перешёл на более интимные вопросы. Наталья сжала губы и по её виду я понял, что она хочет спросить, что-то, но боится поставить меня не в неловкое положение. И тогда я пришел ей на помощь:

Наташа, ты, что-то хочешь спросить меня. Спрашивай, не бойся. Я не обижу тебя и ты знаешь как я к тебе отношусь.

Да, но в этом-то и дело. Вопрос то деликатный. Вот ты только не обижайся. она подвинулась ко мне поближе. Мы сидели за столом и пили чай с вареньем.

Наташа, ты можешь спрашивать меня на любые темы. Если это на тему секса, то не бойся. я взял её за руки и поцеловал её пальчики.

Да я хотела поговорить с тобой об этом. Но не знаю как. Я хочу многое об тебе узнать. она смотрела на меня и вдруг сняла очки. Видно, чтоб не смущаться от моего взгляда.

Наташенька. Я положительно отношусь к сексу. Если ты это хочешь узнать, если что то больше махни головой. она махнула головой, и тогда я продолжил:

По моему убеждению в сексе нет ограничений, если это нравится двоим. Я против насилия, а так нет ни чего, чтоб нельзя попробовать. Мне нравится оральный и анальный секс, так же как и традиционный. Но если тебе это не нравится я не когда не буду настаивать. Если ты думаешь иначе, я не претендую на роль проповедника. Что же ты молчишь. я посмотрел на Наташу. Всё её лицо залил румянец.

Андрей, я могу тебя ещё спросить вот о чем. Как ты относишься к тому, что у женщин там выбрито. она глазами показала мне на свой укромный уголок.

Мне нравится если у женщин там выбрито, но обилие волос там меня не смущает. Если тебе хочется более подробно знать мое мнение по этому поводу, то я тебе скажу. Я, в отличие от многих мужиков не считаю, что если у женщины там чисто побрито, то это признак чего-то плохого. Самое главное мне это нравится. ответил яА скажи, ты смог бы там поцеловать.

Да, я уже говорил об этом.

Ты наверно делал это со своей женой.

Нет, она была немного страной женщиной. А так я один раз пробовал несколько лет тому назад с одной знакомой.

Ты с ней встречаешься. Нет, она замужем, да и тот случай произошел, потому, что мы оказались в одном пансионе.

Андрей а как ты относишься к лесбиянкамЯ положительно, но к чему этот вопрос.

Видишь ли, когда я рассталась с мужем, в моей судьбе настала пустота. И тогда появилась Нина. Мы познакомились, и теперь постоянно встречаемся. Я влюбилась в неё по настоящему. Она тоже разведена, но в отличие от меня она совсем не хочет замуж. На днях я переговорила на счет тебя. И она поставила условие. Если ты согласишься с ними, она согласна на мой брак с тобой. Понимаешь я уже не могу просто так расстаться с ней.

Я понимаю. Но что за условия.

Ты ни под каким предлогом не должен мешать нашим с ней встречам. Ты не должен ревновать меня к ней. Ты можешь принимать участие в наших играх, но как женщина.

Это как. удивленно спросил я.

Ну это, понимаешь, мы наденем на тебя плавки, и ты будешь ласкать только руками и ртом. Твой член не должен касаться наших влагалищ пока мы вместе. Когда мы вдвоём, или когда Нина даст разрешение, ты можешь иметь меня куда захочешь. Наташа замолчала и посмотрела на меня.

Я согласен.

Тогда я хочу прямо сейчас, чтоб мы занялись сексом, а пока я позвоню Нине.

Мы прошли в комнату сели на диван. Там мы принялись целоваться. Наши языки проникли во рты друг друга, и стали изучать строение рта. И стал пить её слюну которая стала стекать по её подбородку, она тоже языком слизывала мою слюну.

Так мы целовались пока вся одежда была не снята. Впервые я увидел Наташу голой. Её фигура не была великолепной. Зато пещерка, это надо было видеть. Чисто выбрита, так, что не было видно не одного волосика. Пухленькие губки сочились соком и нектаром, как два лепестка розы. Складки между губ открывали вид на тот великолепный женский отросток, что сороден нашему пенису. Над пупком висело маленькое колечко. Оно было проколото в кожице, и при каждом вздохе колебалось. Я опустился на колени и утонул между бедер Наташи. Большие груди Наташа стала сама тереть кончиком ладошки. Крик восхищения вырвался у неё когда я коснулся языком её лона. Оно было уже изрядно мокро и сочилось постоянно. Я стал слизывать эти женские выделения как мог. Мой язык то погружался внутрь киски Наташи, то я погрузив туда свои два пальца, лизал губы, вывернув их наизнанку пальцами. Всю внутреннею поверхность бедер я покрыл поцелуями. Наташа стонала и терла руками груди. Вдруг она прекратила своё занятие и схватив телефон набрала номер Нины.

Нина, это я. Он согласен. Ой, он так работает языком. Ты должна попробовать. Да, он на всё согласен. Нет, об этом я ему ещё не говорила. Но думаю он согласится. Приезжай. Всё целую. Ой, как он работает языком. Наташа бросила трубу, и схватила мою голову. Она подтянула к себе и стала целоваться со мной опять.

Мой язык мокрый от её соков, был весь высосан её ртом. Мы целовались наверно минут двадцать, я успел покрыть поцелуями всю шею и грудь, каждую ушную раковину, я обследовал языком, при этом я покусывал мочки её уха. Соски, несмотря на её возраст набухли, и стоило мне прикоснуться, как это вызывало бурю восторга у Наташи. Мои руки проникали, то глубоко в её пещерку, то облизав палец, в её попку, а то просто гладили её бедра и ноги. Но иона не оставалась в стороне. Её язык облизывал мою шею так сильно, что казалось она хочет вымыть меня. А когда она переместилась на грудь, ни чего подобного я не испытывал, она так умело целовалась, что кажется ещё не много и я кончу. Её руки постоянно находились на моём стержне, плавно перемещаясь то вверх, то вниз по стволу. Второй рукой она поглаживала мои ноги и бедра, иногда её рука начинала ласкать мою попку, и пальцем проникать в мой узкий задний проход. Всё это происходило молча, только иногда она шумно охала, или вздыхала, да я часто, часто начал дышать. Не то, чтоб я устал, просто возбуждение было на столько сильным, что я просто балдел. Наконец она опустилась на колени передо мной, и взяв член в рот принялась его облизывать. Её взгляд был прикован ко мне, а руки и рот делали своё дело. Сначала она оттянула кожицу, вокруг головки, и язычком облизала бурую бороздку на голове. Затем захватив член полностью в рот, так, что яйца оказались возле её губ, вытащив она принялась облизывать сами яйца. И опять она облизывает саму головку, засовывает член в рот, так, чтоб можно было языком облизывать внутри рта. Почувствовав приближение оргазма она, встала, и стала опять лихорадочно целоваться. Я потерял счет часам, пока не раздался звонок в дверь, это пришла Нина. Наташа накинула халат на голое тело, и пошла открывать, когда она вернулась, вместе с ней была её подруга, Нина. Нине было тридцать пять, невысокого роста, худая, как тростинка, с маленькими едва заметными грудями. Её короткая стрижка походила её скорее на паренька, чем на женщину.

Одета она была в брюки и футболку. Наташа нас представила.

Вот, Нин, это Андрей. Я говорила тебе.

Привет, только и сказал я протягивая руку. Мой член всё продолжал стоять, так его надрочила Наташа своим аппетитным ртом. Нина пристально посмотрев на мой член. Протянула тоже руку.

Только учтите, я мужиков не терплю. Наташа вам говорила. Можешь меня гладить целовать, но трахать я не позволю. Вот Наташе, я позволяю имитатором, трахать. Это я говорю, чтоб не было потом, претензий.

Я согласен. Ведь вы позволите трахнуть Наташу. я поглядел на Нину и увидел усмешку в её глазах.

Я могу многое позволить, всё зависит, от того как ты поведешь себя. и она принялась снимать с себя одежду.

Когда она предстала передо мной голой, я вовсе ошалел. У неё как и у Наташи была выбрита писька. Мало того, на лобке у входа во влагалище, было проколото два кольца, и ещё кольцо весело как и у Наташи, на пупке. Маленькие груди, с розовым сосками топорщились как у девочки. Живота как и бедер она не имела, что придавала её какую-то сексопильность. И мне так захотелось её поиметь, что я был согласен на всё.

Ну, что я понравилась тебе. Какую часть тела ты будешь сейчас изучать. Учти я сильнее Наташи во вопросах ласки. Нина села, рядом уселась Наташа, и обняла её за талию.

Я хочу попробовать всё. схитрил я.

Какой ты прытки. Нет сначала я хочу, чтоб ты начал с нижней части, а потом поменяешься с Наташей.

Я опустился перед ногами Нины. Она раздвинула их и подняв над моей головой, опустила мне на плечи. Если бедра и промежность Наташи были мягкими и нежными, то у Нины наоборот. Едва мой язык коснулся щелки как я почувствовал импульс, и бедра сжали мою голову. Я пальцами раздвинул верхние половые губки, я подобрался к её клитору. Языком и ртом я стал обсасывать и облизывать поверхность влагалища. Нина рукой показала мне, чтоб я постоянно теребил те два колечка над её писькой. Что я и сделал. Нина постоянно сжимала мою голову своими мускулистыми бедрами, не давая мне отвернуться от самого влагалища. И я старался на славу. Я так работал языком, что он кажется одеревенел. Но Нина меня не отпускала. Я засунул внутрь её лона, три пальца, и орудовал там. Соки, которые исходили из недр её киски, прибавляли мне силы, и я с новой силой пускался в эту игру. Наконец бедра разжались и бурный оргазм потряс Нину. Она кончила, выгнув спину. Наташа распростертая рядом натирала себе письку рукой. Через минуту она кончила. И тоже бурно. От увиденного начал кончать и я. Наташа, схватив рукой за ствол, направила струю прямо себе в рот. Нина подползла к ней и стала вылизывать у неё из-за рта мой сок. Они так и слились в долгом поцелуи. Они стали страстно целоваться и ласкать друг друга руками. Я, примостился рядом и тоже захотел принять участие в этой игре. Но Нина пока меня не допускала к себе. Она ласкалась с Наташей и целовалась взасос. Наконец они отстранились друг от друга, и я смог вклиниться между ними. Теперь мы втроем стали целоваться, наши руки блуждали по поверхности друг друга. Я ставил засосы на теле Наташи и Нины. А они на моём. Мы продолжали целоваться, пока Нина не оказалась валетом к Наташи и стала целовать её бедра. Как мы и договорились, я отдал теперь на ласки Наташе низ Нины. А сам стал ласкать губы Нины. Наши языки вошли во рты друг друга. Почувствовав рядом влагалище Наташи, мы переменили положение, и стали в два языка облизывать его. Когда наши языки соприкасались мы сливались в поцелуе. Все бедра Наташи, были покрыты поцелуями. Ниши лица покрылись слюной друга, и соком Наташи. Мой член давно стоял, и вдруг Нина сама подтолкнула меня к входу в Наташину пещерку. Она сама ввела его во влагалище подруги, и теперь я стал накачивать её в темпе, который подсказывала рука Нины, положенная на мою попку. Сама она устроилась между нами и принялась лизать одновременно и мой член, выходящий из недр щелки, и саму щелку. Мои руки, она положила на свои маленькие груди, и я принялся их мять, и гладить. Впервые за вечер Нина стала стонать. Так продолжалась несколько минут, наконец Наташа задрожала, и стала выгибать спину. Нина отпихнула меня и знаком показала, чтоб я тоже наклонился и устроился возле её ног. Опять мы вместе стали лизать Наташину письку. Теперь Наташа дергалась всем телом, она стонала и охала от наслаждения. Бурный оргазм потряс её и она вся обмякла как и в первый раз. Тогда мы стали целоваться только сами с собой. Нина умело это делать, она работала языком в моем рту, перемещалась на мою шею, лицо. Чтоб было удобнее целоваться она уселась мне на колени, так, что мой член оказался у неё между ног, как раз напротив входа в её киску. Но она упорно не пускала его внутрь, и он только терся об её тугие половые губки. Я покрыл все её тело смачными поцелуями. От этого у неё на теле стали появляться красные пятна. Зато, на моей спине, я чувствовал как она вонзается своими коготками мне в спину. Наконец я не выдержал и спустил её на живот. Она стала растирать лужицу спермы рукой и теребить, колечко на пупке. Чтоб ей было приятно, я опустился на колени и языком довел её до оргазма. Она упала на спину и закричала. Такого оргазма у женщин я не видел. Мы лежали минут тридцать, восстанавливали силы. Затем все уселись на диван и продолжили беседу.

Да, Андрей, ты мне понравился. Если так будет каждый раз, то пожалуй я позволю тебе кое что ещё. сказала Нина. Её руки коснулись моего члена. И взяв за его ствол, стали дрочить.

Да он, что надо. Но Нина, мы будем говорить ему об этом. спросила Наташа Нину, и тоже опустила руку мне на яйца. Она находилась с другой стороны.

Не знаю. Нина продолжала дрочить мой член, заставляя его проснуться.

О чем это вы хотите поговорить со мной. спросил я.

Знаешь, Андрей у нас есть ещё две маленькие шалости. Но ты должен пообещать молчать, и не обижаться если, что-то не так. И ещё если тебе не понравится, то, что мы предложим, то ты должен уйти и забыть нас. продолжала Нина.

Говорите. Обещаю молчать.

Мы любим взаимный "золотой дождь", ну ты наверно понимаешь о чем идет речь. Кроме этого. Нина прекратила дрочить моего дружка, и тяжело вздохнув, продолжила:

Кроме этого, мы любим девочек. Маленьких девочек, лет около десяти двенадцати. Мы их подбираем на вокзалах и в подворотнях и устраиваем праздник, в нашем загородном домике. Так продолжается несколько дней. Затем мы даем наркотик, и девочка всё забывает. Но мы давно хотим увидеть как взрослый мужчина трахает девочку, и кровь смешанная с ей соком, принесет нам наслаждение. Поэтому мы хотим предложить это тебе. Ты хочешь принять участие в этом. Оно опасно. Но это придает ещё большую экзотику. Так ты согласен.

Я скажу так, насчет "золотого дождя" я не пробовал. Но я не против, тем более, что уриной лечат. А вот насчет девочек. я ни когда не представлял себя с ними. И поэтому я хочу попробовать. Я согласен. ответил я.

Вот видишь, он согласился. обрадовалась Наташа и стала дрочить ещё сильнее.

Нина усмехнулась и вдруг не словом говоря стала раком.

За это войди в меня сзади. Попросила она, и продолжила:

Только я сначала хочу тебя в попку. А затем я пущу тебя и спереди. Наташа неси вибратор.

Я не стал ждать когда меня попросят дважды и наклонившись, стал лизать анус. Я проникал языком далеко вглубь прямой кишки, чтоб сильнее смазать слюной вход, затем пристроившись вогнал член сразу. Было видно, что попка у Нины разработана, видно вибратором, поэтому член вошел по самые яйца. Тем временем Наташа принесла вибратор. Она подползла под Нину и улеглась так, чтоб можно было рукой и вибратором, таранить её киску. Я чувствовал тело вибратора через переход между влагалищем и анусом. Нина обернулась и поцеловала меня.

Теперь она направила, наконец, мой конец в её долгожданную киску. Нина легла на меня, и стала подмахивать задом. Сверху на неё легла Наташа и стала вибратором трахать зад подруги. Не знаю сколько прошло времени, пока нас опять не потряс оргазм. Мы лежали не в силах даже подняться. Отдохнув женщины встали и пригласили меня проследовать за ними в ванную комнату. Там Наташа, напустив воды легла на дно ванны. Нина присела над её головой. Струя мочи журча, потекла между ног прямо в подставленный рот Наташи. Я не удержался, и наклонившись стал рукой глотать мочу Нины. Она заулыбалась, и подтолкнула меня в ванную. Я лег рядом с Наташей от ей лица обильно пахло мочой. Я поцеловал её в губы. Наконец сверху ударила струя мочи. Нина писала прямо на наши лица. А мы целовались слизывая и глотая мочу, которая лилась из письки Нины. Последние капельки мочи мы вылизывали уже из самой письки. Нина в восхищении упала к нам в ванную и мы принялись целоваться. Теперь пришла очередь писать Наташи. Мы так страстно целовались с Ниной, когда сверху полился целый поток Наташиной мочи. Мочи у неё было много. Так, что мы едва успевали глотать её.

Её писька извергала такой поток, который покрыл всё тело мы вскоре лежали в воде смешанной с мочой Нины и Наташи. Теперь встал и я, и хотя мой член уже стоял. Но я е усилием воли заставить извергнуть струю мочи. Водя членом как шлангом я покрыл всё тело женщин своей мочой. Наконец струя закончилась и их ротики облизали моего дружка. И опять в который раз мы сливаемся в совместный и страстный поцелуй. Наконец всё закончено и мы вместе моемся под душем. Ну разве не возбудишься от того, что рядом с тобой моются две милые женщины.

Теперь Нина разрешала всё. И я поочерёдно входил то в Нину, то в Наташу. Так мы и стояли, целовались и ласкали друг дружку руками, а я трахал их по очереди. Вытиравшись насухо мы перешли в комнату и оделись. И так благословение получено, и мы с Натальей решили жениться. Нина сказала, что пока она будет приходить к нам в гости, а потом. Мы решили обменять две наши квартиры на одну побольше. Через три недели мы сочетались законным браком. А ещё через месяц пришел в действие план с девочкой. Всё это время мы страстно занимались любовью, не упускали не чего. К тому времени я уже тоже полюбил и их лесбийские игры и "золотой дождь", хотя честно говоря первый раз я проделал это скрепя зубы..

План наш был прост. Мы долго выискивали подходящею девочку, и вот наконец нашли.

В одном из городских подземных переходов, вот уже несколько дней сидела маленькая девочка, лет десяти одиннадцати. Её белые волосы были сплетены в тугую косичку. Она была в грязной одежде, и по её виду было видно, что она давно сама не мылась. Мы расспросили её, оказалось у неё нет не матери и нет отца. Вернее, отец от них ушел давно, а вот мать постоянно пила и била детей. Кроме девочки в их семье был ещё братик, восьми лет. однажды когда мать опять пришла пьяная и стала бить их с братом, Вера, так звали девочку, взяла брата и ночью ушли из дома. На вокзале, сели в проходящий поезд, и уехали в наш город. Самое удивительно, что пока они ехали в поезде, ни кому в голову не пришло спросить чьи они дети. Они сидели на нижней полки, и почему-то все принимали их за детей соседа. В городе они сразу же попали в компанию таких как и они попрошаек. Брата с сестрой разделили. И Вере пришлось работать в переходе одной. А брата забрал какой-то мужик, и после этого она его больше не видела. На вопрос где девочка ночует, она ответила, что в каком-то подвале. Там они варят себе еду, и спят на картонных коробках. Мальчики и девочки, что постарше пьют и курят. Да он попробовала, но ей стало очень плохо, и после этого она больше не хочет пить водку. Когда мы спросили, хочет ли она пожить некоторое время у нас, она сразу согласилась. Мы знали, что её ни кто искать не будет. И поэтому повезли к себе в загородный домик. Первым делом женщины повели её в баню, и мыли там целых два часа. Одев её в новенькое платьице, и причесав как следует, они привели её к себе. Передо мной стоял маленький ангел. Бархатистые белые волосы спадали с её плеч. Маленькое личико с голубыми, как небо глазами. И такими большими, что казалось в них может потонуть весь мир. На ней было синенькое платье, с кружевами и оборками. В волосах был вплетен белый бант. На ногах были белые носочки, а обута она была в красные туфельки. Платье было такое короткое, что при ходьбе подол платья приподнимался, и было видно трусики. Трусики были беленькие в зеленый горошек. Вера забралась на диван с ногами, и уставилась на меня.

Дядя, Андрей. А я вам нравлюсь. спросила она меня.

Да, Верочка. ответил я и положил руку на её коленку.

Какое у тебя красивое платье. продолжил я.

Да, это мне тетя Наташа подарила. А посмотрите какие трусики мне подарила тетя Нина. и девочка приподняв подол платья стала показывать мне трусики.

Ты смотри какие красивые. я стал гладить рукой по трусикам.

Вера подалась впереди посмотрела на моих женщин. Нина махнула головой, и тогда девочка откинулась на спинку дивана. Ноги она выпрямила и свесила с дивана. Моя рука у же смелее гладила поверхность трусиков. Через ткань я чувствовал письку девочки. Её маленькую щелку. Второй рукой я стал снимать платьице. Но девочка опередила меня. Она сама быстро сняла с себя плате, и трусики, чтоб не порвать, как она объяснила. И сразу предо мной предстала юная нимфа. Её голое тело было восхитительна. Грудей у неё практически не было, они едва начали обозначить контуры женских прелестей. Худенькие ножки сходились в девичью письку. Которая походила скорее на разрез, чем на пухленькие губки, Наташи. А уж разглядеть клиатор, и подавно не представлялось возможности, тем не менее её вид был очень сексуальным в плане невинности и не опытности. Но последующие действия опровергли мои предположение о неопытности девочки. Она стоя передо мной раздвинула ножки и стала мастурбировать глядя мне в глаза, делала она это очень умело. А затем произошло и вообще нечто.

Девочка наклонилась и моему взору предстало то, что так великолепно у юных. Её вход в узкое отверстие был маленькими и совершенно не тронутым. Она повернула свою головку и сказала:

Дядя Андрей, ну, что же вы, не ужели вам не нравится это. А тетя Нина сказала, что вам нравится гладить и целовать там у девочек. она опустила пальчик и показала на своё влагалище и попу.

Да мне нравится. А тебя кто-нибудь уже целовал. спросил я и опустился перед Верой на колени. Мои руки стали ласково гладить ножки молоденькой нимфы, постепенно перебираясь всё выше и выше.

Да, один раз. К нам в подвал пришел мужик и взрослые ребята приказали мне идти с ним.

А, что было потом. спросил я, а сам продолжил ласку всей поверхности бедер и лобка. Для того, чтоб это было удобно делать, я положил девочку на диван, и задрал ей ноги.

Дядька отвез меня к себе на квартиру. Там он разделся сам и стал раздевать меня. Сначала мне было страшно, но затем стало даже интересно, а когда он дал мне выпить, что-то из стакана мне совсем стало не страшно и даже весело. Он всё время меня целовал и лизал у меня мою письку. Затем он заставил меня сосать свою письку. Но я уже сосала письки у мальчиков из подвала, и поэтому, знала что делать. Он заохал и сперма потекла мне в рот. Мне было весело, а он стал целоваться, и слизывать свою сперму с моего лица. Затем он вставил мне в письку свой член, и стал водить им там. Мне было очень хорошо, и я уснула. А когда я проснулась он уже был одетый. Больше я его не видела.

А тебе другие мальчики много совали в письку. продолжая ласки, спросил я.

Да не очень часто. Им не нравилось, что я плохо веду себя с ними. Они говорили, что я лежу как бревно. И тогда другие девочки садились на моё лицо и заставляли слизывать и вылизывать у них письки. А если я делала это плохо, они меня били, а одна девочка пописала мне на лицо. Вера руками стала помогать мне ласкать влагалище.

А тебе это наверно. Понравилось. сказал я и засунув пальчик ей в щелку, стал двигать им там. При этом я слизывал смазку, которая стала обильно выделяться у девочки.

Да, но я побоялась об этом говорить.

А почему ты сейчас мне говоришь об этом.

Тетя Нина и тетя Наташа сами попросили меня сделать это и мне понравилось.

Ты хочешь пососать мой член. я встал и направил своего дружка в рот этой нимфе.

Да давно уже. она схватила своей маленькой ручкой мой член и стала дрочить при этом она постоянно облизывала и плевала на него.

Наташа и Нина устроились в кресле. Наташа сидела на коленях у Нины. Руки Нины были засунуты в пещерку Наташи. Они постоянно двигались и мастурбировали половой орган Наташи. Наташа закинув руки за спину ласкала груди подруги. Обе женщины беспрерывно целовались. От увиденной картины я возбудился на столько, что раньше всех кончил девочки в рот. Спермы было много, и она стала выливаться изо рта. Тогда я стал целовать Веру и слизывать свой сок. Её руку я положил опять на свой член и она поняв, что от неё требуется стала дрочить его. Это действие не заставила себя ждать, член проснулся и был готов к новым действиям поэтому я сразу направил его в лоно это маленькой нимфы. Влагалище было узким и крепко накрепко стягивала моего дружка. Для этого мне пришлось срочно смазать дополнительно смазкой. И член и влагалище Веры. Но и после этого член плохо двигался в нем. На помощь пришли обе женщины. Они задрали попку Вере, и раздвинули ножки так, что я бесТруда стал трахать эту юную особу. Наташа и Нина держали ножки девочки, а сами лизали у неё влагалище и кончик члена, который то и дело показывался из пещерки. Мои руки были свободные и поэтому я стал ласкать груди моих милых женщин.

Первым не выдержала Наташа и задрожав, кончила, вслед за ней кончила и наша нимфа, Вера.

Только мы с Ниной продолжали приближаться к оргазму. Для того, чтоб ускорить его приближения Нина своей рукой стала мять мои яйца. А Наташа, подползла под Нину, и стала рукой и язычком помогать приближение его. Долгожданный момент настал я выплеснул струю спермы и на живот девочки и на лицо Нины. Сперма с живота Веры стала стекать по её лону вниз. И сразу же ротик Наташи подхватил эти капли. Я тоже захотел принять в этом участие стал целоваться с Наташей. В итоге, мы все вчетвером стали облизывать и целовать друг друга. В результате мы снова возбудились и я опять был готов к боевым действиям. На этот раз мы поделились и мне досталась полненькая Наташа, а маленькая и худенькая Нина занялась любовью с Верой. Со стороны они походили на две маленькие сестрички, которые резвились между собой. От куда-то появился искусственный, которые Нина стала пихать девочки в попку. Вера по началу морщилась. Было видно, что ей это очень больно, но затем стала охать. Мы с Наташе в позе шестьдесят девять, старались удовлетворить друг друга. Я старался как мог. Её полные бедра то и дело сжимали мою голову. Я уделял внимание не только влагалищу, но и милому моему сердцу анусу. Языком я старался поглубже залезть в прямую кишку. Нина и Вера подползли к нам, в попке у Веры по-прежнему, находился имитатор фаллоса. Они расположились так, чтоб каждый смог принять участие в ласках. Я рукой мог дотянуться и до маленькой Попы Веры, и до мускулистого влагалища Нины. При этом я сам продолжал ласкать киску Наташи. Наташа раками ласкала то мои яйца, то попу Веры, то груди Наташи. Сама вера могла дотянуться только до маленьких грудок Нины. Но она могла видеть всё происходящее. И когда я наконец направил дружка в попку Наташи. Вера раскрыв глаза с нескрываемым интересом как мой член таранит попку Наташи. Пришлось прийти ей на помощь. И вот я уже вхожу в совсем маленькое отверстие Веры. Она сразу закричала от боли. И в этот же миг, её рот заткнула Наташа, своей грудью. И было слышно только сдавленный стон. На газах Веры были самые настоящие слезы. Я уже было хотел закончить, но она взглядом показала, что этого делать не надо. Я продолжил осторожно двигать в заднице девочки, членом. Постепенно в глазах Веры стала появляться искра наслаждения. И я понял, что она очень сильно любит сексВерхом блаженства стало, когда Нина встав на нами, стала орошать нас всех своей уриной. От всего этого Вера сразу описалась и из её письки полилась моча. Весь палас был залит мочой Нины и Веры. От такого напряжения я разродился бурным оргазмом. Добавив сперму, к сокам и моче на спине Веры. Нина, задрожав, упал, видно и её свалил бурный оргазм.

Наташа лежа вместе с нами рукой натирала себе влагалище. И вдруг из её недр хлынул поток мочи. Он сделал наше ложе и без того сырым. Глаза двух женщин горели не скрываемым огнем блаженства и восторга. Я немного успокоившись тоже решил помочиться. И сделал это лежа, я держал член рукой и направлял струю вверх. Моча подала сверху, и миллионами брызг распадалась на наших тела. Такого восхитительного секса я не испытывал ни когда. Мы лежали на мокром паласе, и нежно, нежно касались тел друг друга. Говорить не о чем не хотелось, мы просто лежали и отдыхали. Минут через десять мы все пошли в баню.

Наша жизнь изменилась с тех пор. Вера осталась у нас на постоянно, Нина переехала к нам, и теперь нам не надо было ждать когда она появиться в нашем доме. Мне нравилось всё, что творилось в нашем доме. Через четыре года Вера родила мальчика, от меня, а ещё через два девочку. Сейчас мальчику уже восемь. И мы стараемся приучить его к нашим играм. А когда девочка подрастет, и тоже примет участие в них. Хотя мы уже лижем её совсем маленькое влагалище, а мальчика Сережу, её брата заставляем спать голеньким с ней. Однажды мы проснемся и узнаем о том, что Сережа лишил свою сестру девственности. А пока попка Сережи, принимает мой член, который удачно вписывается в неё.(Продолжение последует если данный рассказ вам по нраву...

Краткое содержание последующего. Празднуют шестнадцать лет Сережи. Наташа и Нина подготовили подарок. Его сестра Лена тоже решила всех удивить, а главный герой Андрей, не остался в долгу. Кроме этого обучение соседских сестер и их брата тому чему-то

12.01.2020

подглядывание

Я сделала маленькое отверстие в ванную комнату моего соседа по комнате.

То чем он занимался во время купания, вызывало у меня дикий восторг и сильное возбуждение. Увидела его член, стоячий, я поразилась его размерами и толщиной. Он же сидел на стуле и онанировал. Hа стене,я заметила, висели снимки обнаженных женщин и снимки, на которых женщины сношались в различных позах и извращениях.

И вот однажды, подсматривая в очередной раз, я не заметила, как открылась дверь и меня втащили в ванную комнату. Я уже была не целка.

Hе успела я опомниться, как была уже раздета догола. Он брал мои сиськи, тогда еще стоячие, мял и тискал, сосал соски, а другой рукой яростно дрочил свой здоровый член. Шкурка под его рукой то оголяла красноватую перед залупой ткань, то опять наползала. Спустив, он стал на колени передо мной, раздвинул мои бедра и стал лизать верхнюю часть влагалища. Язык щекотал мои малые губы, углублялся внутрь. Руками он больно сжимал мои круглые ягодицы. Я же с любопытством смотрела на его полуопущенный член.

Стены его комнаты почти сплошь были оклеены эротическими снимками,в разных позах и изображениях. Один запомнился больше всего. Голый со стоячим членом мужчина как бы проверяет ширину бедер стоящей раком женщины. Так же много было порножурналов и эротической литературы.

Hемного выпив, он стал раздевать меня. Добравшись до лифчика и расстегнув его, сказал, что у меня большие сисечки. Я руками подняла их вверх. Это движение произвело на него возбуждающее впечатление. Он почти всю меня облизал, доведя почти до оргазма.

Встав на колени, попытался ввести свой здоровый член с прогибом в середине в мое влагалище, но громадная залупа не входила.

Тогда он лег на спину, намазав залупу вазелином, и попросил меня расширить пальцами влагалище. Я села на колени и расширила влагалище.

Он приподнял свои ягодицы и, взявшись за мои, медленно стал насаживать меня на свой здоровый член.

Залупа медленно вошла во влагалище. Предчувствуя сладострастие, я с нетерпением ждала, что будет дальше. Член вошел до половины, а затем скрылся до основания в моем влагалище. Залупа уперлась мне в заднюю стенку матки, я чувствовала и не могла пошевелиться. Все мое влагалище было напряжено.

Я стала прогибаться в животе, как подсказывал он, держа его забедра. Член то выходил до головки, то вновь исчезал во влагалище.

Трение было изумительное. Он же, тем временем, указательным пальцем теребил мне клитор, нащупывая его головку. В зеркале я видела, как сначала медленно, а затем все быстрее стали выпрыгивать мои увесистые сиськи, мелькая сосками. Зрелище было сверх эротическое. Он же то поднимал, то опускал свой зад. Оргазм наступил минут через 30. Шея и верхняя часть груди покрылась у меня красной сыпью, а соски поднялись,встали и затвердели. Так они у меня еще никогда не вставали. Он же,наклонив меня к себе, стал по очереди сосать мои стоячие соски и концы грудей. Я была на седьмом небе от сладострастия. Руками приподымая мои большие сиськи, он как бы взвешивал каждую, целуя их со всех сторон.

Судорога прошла по моему телу, бедра напряглись и я кончила подряд два раза. Я чувствовала, что он не кончил. Подмывшись, мы выпили, и он предложил мне "коинтус интермаме". Я спросила: "Что это такое?""Увидишь", сказал он. Попросив меня лечь на спину, положил две подушки под спину. Встав на колени промеж меня, он ладонями сдавил мои сиськи с обеих сторон. Сиськи от этого торчали в стороны. Затем приподнялся и стал втаскивать свой здоровый член с напрягшимися жилками между моими сисечками.

Медленно, затем убыстряя движения, он с силой вогнал член между сисек. Иной раз залупа упиралась мне в шею и щекотала ее. Член то появлялся, то исчезал. Минут через 10 я заметила, как бедра его мелко-мелко задрожали и живот вспотел. И он спустил мне прямо на грудь. Сильной струей сперма ударила мне в шею и прозрачной, тягучей,липкой жидкостью растеклась по окружностям сисечек. Вставая, он капнул мне на левый сосок. Я видела, как сгусток спермы расползается по околососковому пятну.

Подмывшись, он не переставал меня возбуждать. Целовал, сосал соски, влагалище, бедра и стискивал мои округлые ягодицы. Я тоже ласкала его член, залупу, мошонку. Яйца у него были большие и твердые на ощупь. После первых сношений у меня было чувство, как будто я хожу со вставленным в мое влагалище членом. За неделю это ощущение прошло,и он показал, что такое настоящий секс. Он использовал столько позиций. Он клал меня на подушки вниз лицом, и, приподняв мои ягодицы,вводил свой член между ягодиц. Когда он кончал, сперма брызгала мне на спину. Было забавно и смешно, когда он вытирал мне спину, залупой касаясь позвоночника, это было изумительно и я даже кончила.

Переворачивая меня на спину, сам расширял влагалище, и языком и губами доводил меня до оргазма.

Однажды, сношая меня между сисичек и вот-вот кончая, он вынул член, заставил меня широко раскрыть рот, язык прижать к верху гортани,и ввел свою залупу мне в рот. В зеркале я видела, как сперма стекает с углов моих губ, а его член вздрагивал и как бы дышал у меня во рту.

Один раз я прозевала, он сношал меня сзади. Вынув член из влагалища, еще не кончив, медленно ввел его в задний проход. Я вся изогнулась, но было уже поздно. Медленными движениями он кончил мне впрямую кишку

11.01.2020

внезапная связь

Ждёте кого-нибудь? спросил Андрей у красивой девушки в вечернем платье, сидящей у стойки бара гостиницы, в которой он недавно поселился.

Дождалась уже, горько заметила девушка.

В следующие пять минут разговора Андрей узнал, что его собеседницу зовут Наталья, она студентка, пришла сюда на свидание с одним иностранцем, с которым встречалась уже месяц, но, придя в гостиницу узнала, что её друг почему-то уже уехал и даже не оставил записки. И теперь ей и домой не хочется, и пойти некуда. Всё это Наташа охотно выложила своему новому знакомому. Она явно хотела выговориться.

Сам Андрей недавно поссорился со своей подружкой, с которой вместе жил, и поэтому переселился на время в гостиницу.

Прошло ещё несколько минут и Наташа предложила продолжить разговор у Андрея в номере. Он удивился этому, так как, подходя к ней, просто хотел поболтать, однако отказать такой девушке он не мог да и не хотел. Молодые люди поднялись в номер. Это была одна из самых дешёвых комнат. Из мебели стояли стол, несколько стульев, шкаф, журнальный столик и кровать. Войдя в номер, Андрей пошёл к телефону, желая заказать ужин, но, не пройдя и половины комнаты, услышал тихие всхлипывания. Это плакала, сидя на кровати, Наташа. Оказалось, что она, полюбила того иностранца, и его отъезд был настоящим шоком для неё. Андрей принялся утешать свою новую знакомую, говоря, что у неё ещё будет любовь, что впереди ещё вся жизнь, но тут Наташа повела себя ещё более странно.

Возьми меня, возьми меня прямо сейчас! сказала она, внезапно перестав плакать, помоги мне, я должна его забыть она внимательно посмотрела в глаза Андрею, а затем откинулась назад, легла посередине кровати и замерла.

Юноша немного смутился, но всё же наклонился над ней и поцеловал в губы, затем в шею, в грудь. Он покрывал поцелуями каждый участок её нежной кожи, постепенно спускаясь всё ниже и ниже и освобождая от одежды её прекрасное тело. Так он снял с неё платье, туфли, чулки и, наконец, добрался до розовых кружевных трусиков. На лобке девушки Андрей увидел аккуратную полоску коротких чёрных волос, что показалось ему очень эротичным. Всё это время Наташа не отвечала на ласки партнёра, пытаясь как бы забыться под его поцелуями, но когда Андрей дошёл до её клитора, она уже не могла сдерживаться и стала тихо постанывать потом всё сильнее и сильнее, и вот она уже кричит и извивается, как змея...

После того, как юноша оторвался от лона Наташи, она притянула его к себе, поцеловала, перевернула на спину, стала ласкать и раздевать, как делал он минуту назад. Она порхала над ним, как бабочка, стараясь не забыть ни про одну часть его тела, как бы благодаря за те ощущения, которые дарил ей он. После того, как на Андрее не осталось ни клочка одежды, Наташа устроилась поудобней и начала вытворять с его фаллосом такое, о чём многие мужчины только мечтают. Она ласкала его губами, языком, крутя своей головой и двигая ей взад и вперёд. Казалось, что она интуитивно чувствует, что будет приятно её партнёру. После того как Андрей был на высшей степени блаженства, Наташа прекратила свои ласки, она легла на спину и широко раскинула ноги, недвусмысленно приглашая войти в неё, что юноша непреминул сделать. Он ритмично двигался, любуясь, как голова его подруги мечется по подушке и слушая её громкие стоны наслаждения. Через несколько минут он остановился и выпрямился, стоя на коленях. Наташа поняла его желание, она встала на корточки, повернувшись своей маленькой попкой к партнёру, и тот не стал медлить. Очень скоро стоны Наташи перешли в крики, её кудрявые чёрные волосы метались из стороны в сторону. Он же продолжал двигаться, изредка похлопывая её по ягодицам, что вызывало у неё ещё большее наслаждение.

На этот раз остановиться попросила Наташа, она хотела закончить всё сама. Девушка положила Андрея на спину, а сама встала над ним на колени и опустилась, как бы насаживаясь на его копьё, затем поднялась, и снова опустилась, и опять поднялась, делая это всё быстрее и быстрее. Юноша сначала держал её за ягодицы, потом стал ласкать руками грудь, потом живот и опять ягодицы. Она всё это время то взмывала вверх, то садилась на него, тяжело дыша и изредка постанывая, пока, наконец, не произошло извержение. Они кончили практически одновременно.

Андрей никак не мог заснуть, но поговорить со своей новой подругой не удалось, так как она уснула почти сразу или притворялась, что уснула. Проснулся он поздно, Наташи уже не было, а ведь он даже не спросил ни её фамилии, ни телефона, но вскоре позвонила его девушка, прося о прощении и умоляя вернуться к ней. Он так и сделал, однако потом часто вспоминал Наташу и эту ночь с ней

10.01.2020

соседки

Однажды вечером Юля сидела дома и читала какой-то любовный роман. В книге было написано, что мужчина делал женщине кунигулис. Далее описывалось, какое удовольствие получала при этом женщина. Догадываясь о значении слова но, желая убедиться она взяла словарь и начала искать интересующее её слово. Прочитав статью, Юля задумалась, её распаленное воображение тут же нарисовало картину, как она стоит, поставив одну ногу на тахту, а мужчина вылизывает её промежность. Тут она почувствовала, как у неё внизу всё увлажнилось. Сунув руку под халат, она нащупала вход в свою девочку, как она её называла начала её поглаживать. За этим занятием её застал дверной звонок. Вздрогнув, она открыла глаза, разрываясь между желанием завершить начатое и открыв дверь узнать, кто пришёл. Победило последние.

Юля открыла дверь и увидела на пороге соседку Наташу. Она была не замужем, ей было 36 лет, и она была очень хорошо сложена. Юлька, заговорила она давай выпьем, мне магарыч поставили, да и настроение не к чёрту. Пить не хотелось, но представив, что весь вечер будет одна она согласилась. Соорудив не хитрую закусь они сели за стол. Выпивали, курили и разговаривали. Не заметно разговор перешел на мужчин, у обоих это была больная тема. Юлька, ты не представляешь до чего хочется мужика так давно ни с кем не была, просто страсть. Юля ощутила какой-то ком внизу живота. Повинуясь какому то чувству Юля пошла в зал и принесла книгу, которую только что читала и показала соседке отрывок про кунигулис. Наташа с интересом прочитала и подняв блестящие глаза на соседку сказала что у неё в прошлом был опыт в этой части сексуальных отношений. Юлины глаза загорелись лихорадочным огнем расскажи, и в тоже время ощущая как намокает шелк трусиков.

Наташа начала в красках расписывать свои ощущения, а Юля в это время всё это представляла... Эй подруга ты меня слышишь, Юля открыла глаза соседка трясла её за плечо. Чего это с тобой, я рассказываю а ты глаза закрыла и лезешь к себе под халат и в тоже время Юля почувствовала руку соседки на своей руке по всему телу пробежала дрожь. И тут Наташа всё поняла, ты чего тоже давно с мужиком не была?

Да ответила Юля ( на самом деле она вообще не одного раза не была с мужчиной) и по её телу пробежала крупная дрожь, потому что рука Наташи нежно касалась её груди. Нежные пальцы ласкали ее сосок сквозь ткань халата. Чувствуя что шёлк трусиков стал мокрым, Наташа сказала пойдем на тахту, Юля удивилась и спросила а зачем? Тебе надо прилечь. Груди у Юли были крепкими, соски задорно торчали вверх, проглядывая сквозь халат. Наталья застонав припала к груди соседки и начала исступленно ёе сосать, одновременно лаская промежность подруги, по телу Юли пробежала пульсирующая волна наслаждения. Где-то в низу живота забилась, запульсировала мучительно-томительная точка боли. Нет, не боли, а сладкого напряжения, которое росло по мере того, как рука Натальи продвигалась все ниже и ниже, а когда нежные пальцы добрались до края халата, Юля даже вздрогнула от неожиданно полыхнувшего пламени между ног. И в тот же миг ощутила, как внутри обожгло, словно кипятком, и она инстинктивно сдвинула ляжки, чтобы не дать горячему соку излиться. Наталья осторожно поглаживала Юлины бедра, задирая короткий халат вверх. Юля поняла и, поспешно расстегнув три пуговки на халате, сбросила халат на пол под тахту... Она не заметила, как ладонь Натальи устремилась к гладкому, чуть припухлому животу, затем к паху, к тугой резинке трусиков. Потом ладонь спустилась дальше, к сомкнутым ляжкам и решительно протиснулась между ними, легла на шелк трусиков прямо на налившиеся, истерзанные сладким томлением губы, рельефно проступившие под шелковым треугольником. И вдруг Наталья отдернула ладонь и начали покрывать тело соседки поцелуями. Ее горячий рот упрямо искал Юлины губы. Нашел. Наташа прижималась к губам что есть силы. Юля ощутила, как острый горячий язык смело прорвался сквозь преграду ее губ, проник в рот и наконец достиг языка. Оба языка слились, сплелись, точно две улитки. Одновременно Наташа раздвинула руками ее бедра и стала неистово гладить насквозь пропитанный липкой влагой шелк трусиков, которые остались единственной хрупкой преградой на пути к охваченному приятно-мучительной болью влагалищу. Юля чуть было не отбросила руки Наташи, потому что теперь она уже не просто покорно принимала ее ласки, но сама была до крайности возбуждена и охвачена желанием.

Тебе нравится? впервые нарушила тишину Наташа. Ее голос прозвучал точно издалека.

Это чудесно... прошептала с жаром Юля. Это невыносимо... приятно. Еще!

Сейчас! сказала Наташа более спокойным голосом. Но сначала я хочу, чтобы ты совсем разделась. Юля слегка улыбнулась и проворно стянула тонкие трусики с бедер. Наташа по-кошачьи изогнулась и положила голову ей на живот. Она протянула руку к треугольнику светлых волос на Юлином лобке и провела пальцем по набухшим алым губам. Она трогала Юлю осторожно, медленно, круговыми движениями, потом нежно раздвинула губы и мягко вонзила палец в горячий влажный колодец.

Нравится? шептала Наташа.

Да-а, едва слышно ответила Юля, морщась от сладостной боли. Глубже, прошу, глубже! И быстрее!

Как скажешь, дорогая, с улыбкой шепнула Наташа и, погрузив палец до отказа, стала аккуратно вращать кончиком, дотрагиваясь до рифленых влажных стенок. Скоро ты почувствуешь ни с чем не сравнимое наслаждение, дорогая! Скоро это придет. Юля лишь стонала сначала приглушенно, потом все громче и громче и, уже не владея собой, устав сдерживаться, закричала в голос от невыносимо-сладостной муки удовольствия. Но тут Наташа вытащила палец.

Еще не время, прошептала она на ухо Юле и обняла ее обеими руками за ягодицы. Сжав покатые белые половинки крепкого зада, Наташа приникла ртом к левой груди соседки и кончиком языка стала облизывать сосок. Язык, точно маленькая пугливая змейка, то бегал вокруг соска, застывая на самой его вершине, то убегал обратно в рот, там замирал, словно набираясь новых сил, и выстреливал обратно, утыкаясь в мягкую кожу груди, и потом возвращался на пупырчатое кольцо вокруг коричневого коротенького пальчика с крошечным отверстием посередине. Юлино сердце бешено колотилось, грозя разорвать грудную клетку и вырваться наружу. И точно так же яростно бился огонь желания, пробегая от паха вверх по позвоночнику к затылку.

Наташа оглядела обнаженное тело Юли восхищенным взглядом. Она раздвинула тяжелые большие груди подруги и уткнулась лицом в потную горячую ложбину. Отпустив оба полушария, она позволила им слегка сжать ее щеки. Наташа застонала.

Она высунула язык и неторопливо провела по ложбинке вверх, а потом вниз. Юля ощущала каждой клеточкой своего тела, как поднимается волна неизъяснимого, неведомого наслаждения, и старалась задержать это в себе как можно дольше, оттягивая свое падение в блаженство...

Наташа оторвалась от ее груди, убрала руки, Юля открыла глаза и увидела, что соседка медленно снимает халат. Под халатом таилось великолепное тело. Юлю поразил лобок Наташи: он был совершенно гладко выбрит. Под лобком начиналось ущелье с большими алыми краями, на самом верху ущелья торчал, точно игрушечный солдатик, отросточек бурого цвета. Наташа присела.

Ты можешь выполнить одну мою просьбу? Только прошу тебя не обижайся. И не бойся. Юля смотрела на соседку: эта женщина была головокружительно прекрасна. Ее тело блестело при свете ночника, и от него, казалось, отражался голубоватый свет телевизионного экрана. Груди Наташи победно торчали вверх и в стороны, темные соски напряглись, отяжелели. Юля опустила взгляд вниз, на широко раздвинутые ляжки соседки. Наташа повернулась к Юле спиной, уперлась локтями в тахту и встала на колени, высоко задрав ягодицы.

Полижи меня сзади!

Юля почувствовала, как по ее телу вновь пробежала уже знакомая волна пугающего наслаждения. Она тоже встала на колени и, приблизив лицо к округлым половинкам зада, вытянула язык. Она дотронулась кончиком языка до входа и стала медленно двигать им по часовой стрелке.

О, как же приятно! воскликнула Наташа. Как здорово у тебя получается!

Теперь сунь туда палец! Поглубже! Повращай там пальцем! Сделай же что-нибудь отчаянное! Юля, повинуясь властному приказу, попыталась просунуть язык поглубже, и ей это удалось. Потом нежно раздвинула большие ягодицы и вонзила кончик пальца в лаз. Глубже, глубже. Она боялась сделать Наташе больно, но в то же время понимала, что ей не больно, а приятно.

Теперь другой палец спереди! приказала Наташа.

Юля пальцем левой руки быстро нащупала главный вход. Ворота были раскрыты настежь. Ее палец ткнулся в маленькое затвердение. Наташа вскрикнула.

Попала! хрипло крикнула она. Давай!

Юля сжала выступающий отросточек и стала быстро-быстро гладить его двумя пальцами. Под подушечками пальцев отросточек набух и, кажется, еще увеличился в размере. Подножие отросточка было все перемазано липкой слизью. Уже три ее пальца были в ущелье, которое теперь казалось бездонным и необычайно широким. Внутри все пылало, точно в печи. Тело Наташи начало мелко подрагивать. Дрожь усиливалась, и скоро она стала рывками извиваться под Юлиными пальцами.

Не останавливайся! Не вздумай останавливаться! Еще чуть-чуть! Юля от напряжения закусила нижнюю губу. Она быстро погружала пальцы во влагалище и вынимала их оттуда, боясь ослушаться приказа соседки. И вдруг Наташа замерла, изогнувшись назад. Ее живот напрягся и втянулся, Наташка громко застонала, потом ее высокий стон перешел в низкий, почти звериный рык она закричала "А-а-а!1!" так истошно и отчаянно, что Юля перепугалась не на шутку. Наташа чуть отстранилась и упала на бок. Несколько минут она лежала молча, не шевелясь. Казалось, она потеряла сознание. Бедная Юля сидела на тахте не шелохнувшись и смотрела на нее. Наконец Наташа открыла глаза. В них светились такая нежность, такое умиротворение, что Юля сразу все поняла: Наташа испытала оргазм. Душа Юли преисполнилась радости. Наташа придвинулась к Юле и крепко ее поцеловала. В поцелуе уже не было эротической чувственности, а были просто нежность и ласка.

Юля выключила телевизор, потушила ночник. Они легли под одеяло и обнялись. Так, прижавшись друг к другу, и уснули.

На следующий день, проснувшись рядом с соседкой, Юля в первую секунду ничего не могла понять, но тут же вспомнила происшедшее накануне вечером и похолодела. Она была не в силах поверить, что в той безумной экстатической любовной игре вчера участвовали она, Юля, и ее соседка. Наташа положила свою теплую сонную руку Юле на грудь и нежно провела пальцами по соску. Юля вздрогнула и повернулась к соседке.

Тебе вчера было... начала она вопросительно.

Мне вчера было восхитительно, чудесно, прошептала с улыбкой Наташа. А вот ты, бедная девочка, так своего счастья и не дождалась. Но это поправимо. Сегодня вечером да? А сейчас нам надо вставать, прибраться в доме, сходить на рынок. Подъем? Юля улыбнулась. Подъем!

Вечером Юля сидела дома и не могла дождаться, когда зайдёт Наташа, раздался звонок, Юля открыла дверь на пороге стояла Наташа в халате. Они прошли в комнату и Наташа развязала пояс халата и сдернула его с себя. Но сегодня на ней было тончайшее шелковое белье черного цвета кружевной бюстгальтер и двойные трусики, вернее, поверх кружевных трусиков было надето что-то похожее на кружевной пояс, только без подвязок.

Смелее! усмехнулась Наташа. Приласкай меня как вчера!

Юля улыбнулась и, прижавшись к соседке всем телом, крепко поцеловала ее в губы. Наташа расстегнула Юле лифчик и потянула вверх футболку. Юля быстро сняла ее, на мгновение оторвавшись от губ своей любовницы, и так же быстро выскользнула из юбки и трусиков. Сегодня я тебя немножко помучаю, дорогая! сказала соседка. Я тебя поглажу, полижу и доведу до последнего предела. А потом мы обе испытаем это чудо...

Она оттолкнула Юлю назад, и та послушно легла на спину, раздвинув ноги. Наташа прилегла рядом и стала покрывать поцелуями Юлину грудь. Потом осторожно провела ладонью по всему ее телу от ключиц до паха и, ловко раздвинув наливающиеся томительной тяжестью губы, запустила два пальца в уже влажное влагалище. Оказавшись в тесном подземелье, пальцы испуганно начали там метаться, а потом двинулись вперед и уперлись в какую-то преграду, отчего по всему телу Юли пробежал спазм наслаждения. Юля ощутила, как глубоко внутри, в самом низу ее тела запульсировала горячая волна. Волна мучительной сладости росла и росла, пламя пробежало по ее ляжкам, по промежности, лизнуло ягодицы, забежало в анус, стиснуло перешеек между двумя входами в ее тело и, наконец, объяло влагалище.

Она почувствовала, как напряглись, налились кровью и разомкнулись там губы, как из них засочился горячий сок, увлажняя ляжки, ягодицы и простыню под ними.

Я хочу у тебя пососать! проговорила Наташа ей на ухо. Не бойся! Она встала над Юлей на четвереньки и наклонила голову над ее лобком. Юля раздвинула ноги пошире, давая дорогу верткому обжигающему языку, который уже бегал по ее бедрам, ляжкам, животу и лобку. Юля закрыла глаза и целиком отдалась нарастающему возбуждению. Язык творил чудеса. Он скользил по побагровевшим створкам раскрывшейся раковины, вбегал внутрь, слизывал капли горячей слизи, текущей изнутри, потом спускался дальше, вниз, почти до промежности, потом снова поднимался вверх, к двустворчатой раковине. Наконец он остановился на особенно чувствительной точке у входа. Отсюда, от клитора, электрическими разрядами побежали импульсы острого наслаждения. Наташа припала к клитору губами и стала нежно его сосать. Юля уже не могла сдержаться и застонала. Наташа в ответ только издала удовлетворенный вздох. Язык как бешеный бегал вокруг пылающего алого холмика...

Юля перестала сдерживаться. Она закричала, завыла, завизжала, забилась в экстазе удовольствия, пытаясь освободиться от острого пронзительного языка, который нашел единственный источник величайшего неописуемого наслаждения, с содроганием исторгнутого из самых глубин ее тела. Она визжала, пытаясь прекратить эту ослепляющую оглушающую пытку, но не могла Наташа крепко придавила ее ляжки к кровати, головой уперлась ей в лобок и продолжала сладостно мучить ее своим горячим влажным клинкомЭто продолжалось целую вечность. Юля устала кричать. И начался отлив. Вскоре волна наслаждения растворилась в паху, в ляжках, но тело Юли продолжало мелко дрожать и пульсировать. Наташа отпустила ее, и Юля совсем без сил замерла, заломив руки вверх и вцепившись онемевшими пальцами в подушку

08.01.2020

ночное метро

Ксения возвращалась домой поздно. Сев в последний поезд метро, она открыла книгу очередной шедевр подруги, которая писала эротические романы, пользующиеся большим успехом, под псевдонимом Эмма Би, что означало "бисексуальная Эмма". Эмма и на самом деле была бисексуальной и подругу свою соблазняла, и вот сегодня ей это удалось.

Ксения ехала домой слегка уставшая и удовлетворенная после занятий любовью с Эммой. Эммочка была великолепна! Красивая: высокая и стройная, с ослепительной улыбкой, шикарным бюстом и упругой попкой, она покоряла всех и мужчин, и женщин. Изобретательна и неутомима, опытная львица никогда не была одинока в своей огромной шикарной постели, устланной алым шелком. Эмма буквально затрахала Ксению до изнеможения: и целовала ее, и ласкала пальцами промежность, сосала ее клитор и нежные губки, орудовала искусственным пенисом и применяла вибратор, трахала пальцами и тискала ее груди так, что соски ныли до сих пор.

Вспоминая их любовные утехи, Ксения увлажнилась, и ей очень захотелось потрогать себя между ног и потеребить соски. До дома было еще далеко, и Ксения решила все-таки почитать шедевр Би. Начав чтение, девушка поняла, что ее и без того острое желание возрастало еще быстрее, и поймала себя на том, что ее попка плотнее прижалась к сиденью.

Поезд подъехал к станции. Ксения оторвалась от книги и посмотрела в окно. Платформа была пустынна, и в ее вагон никто не вошел. Поезд двинулся в тоннель, а Ксения продолжила читать роман. Эмма писала откровенно, иногда не стесняясь в выражениях, ярко описывая сцены самого изощренного и разнообразного секса. Ксения не выдержала и запустила руку себе под короткую юбочку, под которой, можно сказать, ничего и не было, только тоненькая полосочка черных кружевных трусиков (Эмма так любит черное на алом!). Сцена в романе была столь возбуждающа, что Ксения не преминула присоединиться к героям книги. Она стала шевелить пальчиками у себя меж бедер все быстрее, отложила книгу и принялась за себя вовсю, лаская свободной рукой набухшие соски, которые отчетливо проступали сквозь тонкую ткань блузки. Дыхание девушки становилось все более учащенным, Ксения была близка к оргазму:

Поезд выскочил на станцию. Ксения поспешно приводила себя в порядок поправила юбку, тронула волосы, застегнула верхнюю пуговичку на блузке. За этим занятием и застал ее молодой парень, вошедший в вагон. Он сел напротив девушки и с любопытством оглядывал ее. В его взгляде была усмешка и интерес, он смотрел на Ксению так, как будто она была голая и делала что-то непристойное до его появления здесь. Щеки молодой женщины пылали, губы были влажными, глаза горели огнем страсти. Мужчина не мог не заметить этого. Он кинул быстрый взгляд на книгу, лежавшую рядом с Ксенией на сиденье, и, как показалось девушке, все понял. Еще бы! Ее вид и обложка книги говорили о многом. Парень поднял на Ксению многозначительный взгляд, в котором явно читалось желание овладеть этой красивой соблазнительной девушкой. Он улыбнулся, сел поудобнее, широко раздвинув ноги, и просто пожирал Ксению глазами. Она чувствовала его взгляд на себе, и ей казалось, что он прикасается к ней руками, чувствовала его дыхание, его губы, вот он задирает ей юбку, его сильные руки освобождают ее от тоненькой полосочки трусов, пальцы трогают нежную плоть: Ксения резко сдвинула ноги, с губ ее сорвался стон, она кончила, не отрывая своих глаз от мужчины напротив.

Опять станция. Никто не вошел в вагон что ж, ночное метро. Поезд продолжил свой путь. Вдруг свет в вагоне замигал и погас совсем. "О, Господи!" только и успела подумать Ксения. Молодой красавец был уже рядом с ней. Не говоря ни слова, он опустил свою руку девушке между ног и нежно надавил на набухший клитор, отчего Ксения мгновенно кончила еще раз, а его губы уже целовали ее шею, теплый твердый язык теребил мочку уха. Девушка вздохнула, инстинктивно раздвинула ноги, позволяя пальцам мужчины проникнуть дальше. Красавец задрал юбку выше, резко сорвал черные трусики и стал мягко ласкать клитор и влажные губки. "Быстрее!" пробормотала его попутчица, удивляясь самой себе. Движения мужской руки стали быстрыми, доводя девушку до исступления. Ксения закрыла глаза и застонала оргазм потряс ее тело. Парень ловко повернул Ксению, и вот она уже стояла на сиденье на четвереньках. Звук расстегиваемой молнии, руки мужчины, охватившие ее сзади: Он резко вошел в нее, застонал, замер и начал резкие сильные толчки.

Поезд трясло, они неслись во тьме. Мужчины двигался все быстрее и быстрее, одной рукой держа девушку за талию, а другой бешено теребя ее клитор. Ксения была в непрерывном оргазме. Ее партнер вдруг закричал, резко вышел из ее теплой влажной промежности и кончил на круглую попку, подставленную ему. Мужчина поднялся и опустил руку между ног Ксении и быстро-быстро стал дрочить ей. Ксения гибко прогнулась и не смогла сдержать крика, ей казалось, что ноги у нее отнялись, оргазм был необыкновенной силы.

Поезд затормозил. Ксения быстро вскочила, одернула коротенькую юбочку и села. Красавец-попутчик стоял перед ней с расстегнутыми брюками как ни в чем не бывало. "Станция:" еле слышно проговорила девушка. В ответ он только ухмыльнулся, резким движением застегнул джинсы и вышел из вагона

07.01.2020

исполнение желаний

Совершенно неожиданно мне позвонил старый друг, проживший много лет за границей. Сказал, что собирается провести всю осень в родительском доме, недалеко от того места, где прошла моя юность, и что очень хотел бы меня видеть. Этот звонок заставил меня основательно переворошить прошлое и имел самые неожиданные последствия. Школьного товарища я не видел несколько лет и согласился на эту встречу главным образом из любопытства.

Друг почти не изменился. Как ни странно, у меня было такое чувство, словно мы не виделись всего неделю. Он был такой же худой и подвижный, с тем же плутоватым выражением глаз. Мы несколько часов проговорили о жизни, о том, что произошло с нами за это время. Потом, почувствовав, что пить мне уже хватит, я встал и откланялся. Подъехав к супермаркету, поставил машину на стоянку и вышел на свежий воздух. Походив взад-вперед, я стал с внезапно пробудившимся любопытством вглядываться в до боли знакомые места, где прошло мое детство, и ноги сами понесли меня вперед.

Вон на той скамейке я выкурил свою первую сигарету. Вон в том гараже я пытался совершить свой первый половой акт с Ольгой, которая была на два года старше меня. Неожиданно для самого себя я оказался за забором, окружавшим сад многоквартирного дома, в котором когда-то жила семья Анны (или, быть может, и сейчас жила, как знать?). Тщательно ухоженный сад симметрично раскинулся передо мной. Роскошная лужайка. Развесистые яблони и ягодные кусты. Типичный мещанский символ благополучия. Я присел за один из кустов и стал наблюдать за домом. Сквозь прозрачные занавески в одном из окон было видно, как кто-то ходит по комнате. На дворе стоял сентябрь и было сыро. С неба, затянутого тучами, начал накрапывать дождь. Я дрожал от холода.

Неожиданно на меня нахлынули воспоминания ранней юности, сознание захлестнули полудетские фантазии, в которых было много спермы и которые возникали и исчезали во мне, словно эрекции, и казалось, само это место было заряжено эротическим магнетизмом, воздействовавшим на меня. Я снова лежал в объятиях бойкой Анны, муж которой с тремя сыновьями укатил рыбачить в какую-то тьмутаракань. Я лизал языком влажные лепестки цветка, распустившегося на стыке ее мощных бедер, я лизал ее грудь и живот, она сомкнула свои тяжелые, чувственные веки и ворковала, мурлыкала, бормотала непонятные фразы. Я держал в своих еще не окрепших руках ее пышный зад, и все во мне трепетало от счастья. Я просунул пальцы в щель между ягодицами и стал осторожно ласкать анус, Она открыла рот. Я поцеловал ее соски и вошел в нее. Три секунды я, как весенний ручей, струился спермой, а потом без сил рухнул на ее мокрое тело.

Анна была воплощением величественной женственности. Одновременно притягательная и неприступная. Неуемно сексуальная и почти воинственно чувственная. Она одна была для меня целой вселенной, которую пытался постичь мой воспаленный мозг. Я поймал себя на том, что сижу под кустом насквозь промокший и предаюсь фантазиям четырнадцатилетнего подростка. Глупее не придумаешь. Я вылез из своего укрытия и уже было собирался перемахнуть через забор, как вдруг отчетливо увидел, что сквозь занавески просматривается женская фигура. Неужели она по-прежнему живет в этом доме? Покинутая детьми и увальнем-мужем? Может, она меня заметила? Может, она танцует за занавеской, раздетая донага, с туго стянутыми волосами, целомудренно собранными на затылке в пучок? И это целомудрие перевешивает ее крупноватое, но грациозное тело, так и пышущее от избытка здоровой чувственности, этакая пантера в человечьем обличье... Господи, неужели я никогда не отделаюсь от детских фантазий?

Вернувшись домой, до нитки промокший и злой на самого себя за то, что дал себя уговорить и поехал на эту встречу, которая ровным счетом ничего не дала, кроме бесполезных, пустых разговоров, я разделся и полез под душ.

А еще через час расселина между роскошными бедрами Анны поглотила меня, и я уснул. Когда же наутро проснулся, почувствовал жар. Ноги и руки ломило, голова была словно пудовая бетонная чушка, нос и горло заполнили полчища бактерий, словно пришельцы из других миров. Я взял с тумбочки пачку печенья, отключил телефон и весь день провел в постели в каком-то полубреду. Ко мне являлась Анна и улыбалась своими целомудренными губами. Она брала в рот мои яички, щекотала меня своими длинными ногтями, до последней капли высасывала мой семенной фонд. А потом ложилась на меня, будто живая перина.

Часам к восьми вечера жар стал нестерпимым. Я с трудом поднялся с постели и натянул на себя махровый халат. Тщетно перерыл всю квартиру в поисках чего-нибудь жаропонижающего. Нетвердой походкой вышел на площадку и направился к соседям. Дверь была приоткрыта, таблички с фамилией на ней уже не было. Неужели дед Василий переехал? Я только собрался постучать, как дверь сама бесшумно открылась. На пороге стояла... Анна с кувшином, полным воды. На ней, как и на мне, был только купальный халат. Она была босиком, старше меня на десять лет, но, несмотря на то что морщинки стали чуть глубже, а в густых волосах появилась пара серебряных прядей, она была все та же. Я смотрел на нее, Она выжидательно глядела на меня, в глазах ее был немой вопрос. Я знал, что это она, но отказывался верить своим глазам. Она меня не узнала. Я откашлялся, не зная, с чего начать. Почувствовал, что краснею. Опустил глаза. Открыл рот, но не смог выдавить из себя ни слова. "Вы больны?" услышал я ее голос будто издалека, будто с расстояния в десять лет. Я смог лишь кивнуть. Она взяла меня под руку и повела туда, откуда я пришел, в маю собственную квартиру. Там она осторожно сняла с меня халат, и я остался в чем мать родила с членом, торчащим, словно Пизанская башня. Улыбнувшись, она осторожно взяла его обеими руками. Потом уложила меня в постель, ушла и вскоре вернулась с таблетками и апельсиновым соком. Закрыв дверь на замок, она сбросила с себя халат, и он упал к ее ногам. Под халатом она оказалась совершенно голой, и я вперил взгляд в это роскошное тело. Круглый живот, лобковые волосы, похожие на мех горностая, мощные бедра, колени... Я увлек ее вниз, на кровать, она мягко опустилась на меня. Я массировал пышные ягодицы, она бережно ввела член в свою влажную щель и лежала, не шевелясь. От ее улыбки у меня закружилась голова."Пощекочи меня", попросила она, и я просунул пальцы между ее круглых ягодиц. Когда я стал ласкать ее анус, она закатила глаза от удовольствия. Мои пальцы едва касались тугого, окруженного мягкими волосиками колечка, когда же я просунул средний палец внутрь, она громко застонала. Я сделал несколько сильнейших толчков вверх и тут же бурно кончил...

06.01.2020

в библиотеке

Обхватив голову руками, она не отрывала глаз от толстенной книги и слегка раскачивалась, разводя и вновь соединяя ноги, как обычно делают при интенсивной зубрежке. Иногда девушка распахивала бедра настолько широко, что виднелись трусики из белой полупрозрачной ткани. И мое воображение постепенно разыгралось так, что яйца готовы были вот-вот взорваться, "Эх, невольно подумалось, попалась бы она мне в каком-нибудь другом месте, а не в читальном зале этой занюханной библиотеки..."И тотчас за этой соблазнительной мыслью, расстегиваю ширинку... Девица читает... Кашляю один раз, второй, третий. Читает! Вытаскиваю из джинсов одеревеневший член и снова кашляю. Наконец-то она открывает глаза от книги и смотрит под мой стол... Делаю вид, будто занят конспектом, но чувствую, что возмутительница моего полового спокойствия заерзала, словно под задницей у нее вдруг появилась кнопка. Не спеша прячу свою "проветрившуюся" дубину и ловлю ошалелый взгляд красной, как рак, соседка. Повертев пальцем у виска (этот жест адресовался, конечно же, мне), она встает с места и удаляется в вестибюль, при этом нахально ухмыляясь и покачивая бедрами так, что мой осатаневший от желания стручок терял (вместе со мной, естественно) последние капли разума. "В туалет пошла, догадываюсь и устремляюсь за ней. В случае чего скажу, что ошибся!" Ныряю в заведение с буквой "Ж". Кабинки, кабинки... Дверца в одну прикрыта, но не заперта... Толкаю. Она! Знакомые трусики сиротливо свисали с ящичка для бумаги. Девушка отдергивает руку, но разве скроешь, чем она тут занималась?! Молча запираю кабинку и спускаю джинсы:

Онанизм вреден для здоровья, возьми-км лучше это...

Она сдалась без сопротивления и взяла мой дрожащий член горячей и неумелой рукой.

Поцелуй его...

Розовые губы девушки коснулись головки, и я, слегка притянув растрепанную головку, погрузил ствол в рот.

Убери зубы и соси, приказываю девушке и расстегиваю платье, чтобы снять бюстгальтер.

Ноги устали, прошептала она, и платье мешает.

Абитуриентка (это я сразу же вычислил) слезла с унитаза, сняла платье и аккуратно повесила его. Я обнял незнакомку сзади, схватившись руками за упругие груди, а членом прижался к ягодицам.

Наклонись!

Она согнулась и уперлась руками в стенку.

Ты целка?

Нет...

Мой искренне огорченный член вошел тем не менее по самые яйца. Она тихонько подмахивала и возбужденно дышла. Потом закинула руки за голову и стала гладить мои волосы.

Кончать куда? спрашиваю. Сюда или в рот?

Лучше в рот.

Пришлось вытащить член из влагалища и повернуть девицу к себе лицом. Ртом она действовала более умело, и по мне разлилась волна приближающегося оргазма.

И вскоре моя дубинушка яростно зафонтанировала. Теперь юная минетчица сосала, причмокивая, и сперма текла по подбородку.

Фу, как неэстетично!

Девушка достала из кармашка платья зеркальце, платок, быстро вытерла лицо, а потом, конечно же, спросила, вставая с унитаза:

Тебе хорошо со мной?

Да... отвечаю неопределенно, но как бы мне теперь выйти отсюда?

Не торопись... Давай покурим?

Она достала сигареты и одну протянула мне. Курили, обнявшись, и я чувствовал, что во мне вновь пробуждается желание ведь правой рукой она держала сигарету, а левой ласкала мой член и яйца.

Давай в зад... вдруг прошептала абитуриентка и швырнула дымящийся окурок в унитаз. Правда, это несколько выходит за пределы моего обычного репертуара... Ну, да ладно... Говорят, что надо все испытать...

Она помогла рукой, и мой член ворвался в заднее отверстие. "Зубрила" застонала от боли, но сразу же стала подмахивать, все ускоряя движения. А потом схватила мою руку:

Потри, потри клитор...

Мои пальцы погрузились в мокрое влагалище и уцепились за торчавший оттуда отросточек.

Так... хорошо... шептала девушка, дергаясь над унитазом. Милый мой, умница... О!.. Какой кайф!..

Этот оргазм был сильнее прежнего.

Уходим по одиночке, сказала она. Сначала я, потом ты.

Окей, разведай там. Если все чисто тихонько свистнешь.

Свистеть не умею, лучше кашляну. Вот так: кха-кха!

Она открыла кабину, собираясь выйти, но в дверях обернулась и сказала, улыбаясь:

А ты мне понравился, может, еще встретимся? Конечно, не в библиотеке. Тебя как зовут?

Колей меня зовут, Колей, зашипел я в ярости, давай короче, иначе накроют!

А меня Олей. Ладно, приходи к двенадцати в буфет, она кокетливо улыбнулась. Договорились?

Да, да! завыл я. Смерти моей хочешь, что ли?

Ну, пока! Оля выпорхнула из кабины, и я трясущимися руками закрыл задвижку.

Мне было слышно, как она подошла к зеркалу и раковине, долго там мыла руки, а потом так же долго (или мне показалось?) их сушила. Наконец, завывание сушилки стихло, хлопнула входная дверь в туалет. Я ждал, затаив дыхание. И вот... Снова раздался скрип входной двери, после чего кто-то закашлялся: кха-кха-кха! Я рванулся к дверце кабинки, но громкое цоканье шпилек по кафельному полу остановило меня. "Чужой! Вернее, чужая..."Заперев кабину, я взгромоздился на унитаз с ногами и сидел как петух на насесте. Цокающие звуки приблизились, затем хлопнула соседняя дверка и через тонкую перегородку донесся шорох: "чужая" задирала подол и стягивала трусы. Снова раздался кашель, потом характерное журчание... Я был в смятении: мелодичный звук так меня возбудил, что центр тяжести тела резко переместился вверх, и я, потеряв равновесие, чуть не свалился с унитаза. К счастью, в последний момент удалось уцепиться за ящик с бумагой. Пальцы почувствовали что-то твердое, округлое. Зеркальце! Очевидно, абитуриентка забыла.

Задумчиво повертел находку в руках: "Свет мой, зеркальце, скажи..." Ага, стенка кабины не доходит до капитальной стены сантиметров на пять. Как раз щелка для моего зеркальца!

Оно задрожало в моих руках, когда в его овале мелькали расставленные ноги, спущенные до колен трусики, задранная юбка, придерживаемая пальчиками с наманикюренными ноготками. Девушка несколько раз присела коротко и быстро, чтобы стряхнуть последние капельки с волос. Не меняя позы, вытащила бумажку из ящичка, промокнулась.

Едва она только натянула трусики, решил снять наблюдение, но проклятое зеркальце зацепилось углом за стояк сливного бачка и выскользнуло из дрожащих пальцев! Шуршание одежды в соседней кабинке прекратилось, и "чужая", басовито кашлянув, спросила:

Светка это ты, что ли?

Только об одном мечтал я в тот момент стать (хотя бы на мгновение) женщиной! Тогда можно было бы ответить той, за стеной:"Нет, гражданка, вы ошиблись, я не Света". Или что-нибудь в том же роде, и "чужая" сразу бы отстала. Но, увы, чудес не бывает, а говорить тоненьким голоском не умею артист из меня никудышный. Так что, думаю, лучше отмолчаться. Может, она уйдет подобру-поздорову. Но я не учел, что молчание можно истолковать и как знак согласия.

Светка! Соседка до отвращения оказалась настойчивой особой. Оглохла, что ли? Я же вычислила тебя! Мне Надюха сказала, что ты поссать пошла.

Продолжаю молчать.

Свет... не расстраивайся так, пожалуйста. И прости меня... Я же не знала, что Серега ходит с тобой... Ну дура я... Сама не знаю, как ляпнула, что трахнулась с ним... Если бы я только знала... ни в жизнь... Свет! А, Света? .. Ты плачешь, да?

Плакала не Светка... Кажется, это я уже плакал. Беззвучно, безнадежно, корча страшные-престрашные рожи...

Свет, не плачь, пожалуйста. И не молчи, иначе нехорошее подумав... Ой, Светка, ты что там задумала? Не смей, Светка, слышишь!

И вот тут-то оно и случилось. Знакомые пальчики вторглись в мою территорию, а вслед за ними над стенкой кабинки взлетели каштановые кудри и появились широко распахнутые карие глаза. "Ничего себе мордочка", фиксирую автоматически, но тут раздался истошный крик и "мордочка" исчезла так же внезапно, как и появилась.

А-а-а! истошно завопила "чужая"."Эту телку нельзя выпускать!" молнией пронеслось в моей голове, однако в этот самый момент с адским грохотом распахнулась соседняя дверца. Оставалось одно: запечатав ладонью вопящий рот, втащить все остальное ко мне в кабину. Острые зубки тут же вонзились в руку...

Ой, мамочки, насилуют! А-а-а... гму, гму, пусти, негодяй!.. Подонок!.. А-гму-му-м...

Но мои руки крепко держали эту шальную девку: одна в обхват груди, другая под подбородком. Груди, кстати, у нее были хорошие. Большие, пухлые и очень приятные на ощупь!

Тихо! Чего орешь? прохрипел я ей в самое ухо. Тебя режут, что ли? Я не собираюсь тебя насиловать...

А...

ш-ш-ш-то же ты здесь делаешь, с-с-скоти-на.. прошипела "чужая" сквозь стиснутые зубы.

Новенький я, ошибся туалетом... Чего тут такого? Можешь ты это понять или нет?! Сейчас успокоишься, и я тебя отпущу. На хрен ты мне нужна...

Последняя фраза явно обидела "чужую", и она вновь сделала попытку вырваться и что-то ответить, но тут снова хлопнула входная дверь! И у моей пленницы хватило такта (я не боюсь этого слова: кому же ведь охота стать посмешищем всей библиотеки?) притихнуть.

Две особы, переговариваясь, заняли кабинки. Они дружно отливали, не прерывая оживленную беседу. О, женщины! Они не могут удержать язык за зубами даже там, где молчание приличествует каждому индивидууму. Подумав об этом, я еще сильней прижал грудь моей пленницы, отчего она прямо-таки приклеилась спиной к моей груди, а жопа прижалась к тут же зашевелившемуся члену, И мне пришлось предупредить "чужую":

Пикнешь утоплю а унитазе!

Она не обиделась, а, напротив, как-то обмякла. Дамы тем временем вышли из кабинок и направились к умывальнику.

Говоришь, ошибся туалетом, спросила вдруг "чужая" тихо-тихо. А зачем тогда подглядывал за мной?

Я подглядывал?! искренне обижаюсь, Да с чего ты взяла...

Вон же, зеркало разбитое лежит... Эх, ты.

Разоблачение только усилило мое возбуждение. Пленница догадалась, что перед ней не маньяк-убийца, а вполне безопасный мудак-читатель и... в корне изменила ко мне отношение, став какой-то более "свойской".

Кажется, ушли... пробормотала "чужая", отнюдь не торопясь освободиться из моих объятий.

К счастью, кто-то опять вошел в туалет. Мы замерли, тесно прижавшись друг к другу.

Черт возьми... слабо возмутилась девушка. Так они никогда не кончатся...

И тут, сам того не ожидая, целую девушку в щеку. Она дернулась, тонкие брови поползли было вверх, но тут же опустились. С каждой секундой из жертвы моя пленница превращалась в соучастницу, и это сближало нас... Настолько, что я уже беззастенчиво целовал эти сладкие губы. А потом мой язык забрел (совершенно случайно, конечно же) в розовое ушко, она стала таять как свечка..."Чужая" задрожала, когда я задрал юбку и полез под трусики. Животик у нее оказался такой прохладный, а между ног, наоборот, было необыкновенно горячо и мокро. Интересно, давно ли она поплыла? Наш поцелуй ужасно затянулся, потом она вытащила из моего рта свой язык и попросила:

Поцелуй... туда...

От поцелуя "туда" она повизгивала, слегка царапая ноготочками стенку кабины и мой затылок. Конечно, каштановая дырочка не была лесбиянкой, но кое-какой опыт подобных отношений у нее, как видно, все же образовался. Девушка откидывалась назад все дальше, пока, забросив руки за голову, не уперлась в стенку. Получился этакий полумостик или изящная арка.

Бедра были широко разведены, и я без труда, почти не целясь, заехал членом куда надо. Она терлась щелью вниз-вверх, а я толкал ствол вперед-назад. Все получалось довольно синхронно. Ласки моего языка, видимо, еще не успели погаснуть во влагалище, потому что "чужая" вскоре скоро стала кончать. Она кончала и все никак не могла кончить, причитая как заведенная:

Ой, мамочка!.. Ой, как хорошо!.. Ах!.. Милый!.. Как зам-ме-чате-льно-о-о!.. О, Боже! Я хочу, чтоб и ты то-о-же кон... чи-ил... О! Давай, милый... хор... мой...

Я тоже кончил, но она не слезала с члена, пока тот сам не выпал оттуда. А потом ей захотелось пописать.

Отвернись...

Но я не подчинился, любуясь, как светлая струйка выстреливается из опушенных нежными волосами губ."Чужая" не стала закрываться, вероятно, чтобы не портить мне удовольствия. Промокнув письку листочком бумаги, она выпрямилась и натянула трусики.

А ты, вообще-то, с извращениями, констатировала она без тени осуждения в голосе.

Наверное, каждый в какой-то степени извращенец, парировал я.

Немного подумав, она вдруг рассмеялась, зажав рот ладонью:

Действительно, если бы полчаса назад кто-то сказал мне, что отдамся мужчине в туалете...

А ты сама не трепись, и так твой язык уже подвел тебя. Светку зачем-то обидела.

Ой, и не говори! Какая же я все-таки болтушка. Ляпнула, не подумав. Где вот она сейчас шастает?.. Она все держит в себе. Хотя понять ее можно: Светка некрасивая, вот и боится, как бы не отбили, а Серега этот пришел к нам в общагу. Светки не было. Зачем, к кому пришел не говорит. И сразу полез ко мне целоватьсяНаглый, как я.

Зато ты умелый, оценила она, а у него ничего не получилось... Не смог. Полная дисгармония. Да и я не хотела... А, ладно. Между прочим, давай хоть познакомимся.

А зачем? Так даже интересней. Абстрактный мужчина встречается случайно с абстрактной женщиной......

И совершает абстрактный половой акт, продолжила она. Понимаю. Так сказать, секс в чистом виде, но в грязном месте...

Она протянула руку и представилась:

Люба.

Виталий, отвечаю, пожимая узкую ладонь и церемонно склонив голову, словно находились не в библиотечном сортире, а на приеме в Версальском дворце.3наешь, Виталик, ты мне понравился. Если захочешь снова встретиться, позвони. Вот телефон. "Чужая" взяла бумажку из ящичка и нацарапала ручкой номер.

Я спрятал бумажку и дал понять, что пора разбегаться.

Уходить будем по одиночке, произнесла она уже знакомую мне фразу. Сначала я, потом ты.

Ага, понятливо кивнул я. Если все окей, ты кашляешь.

Нет, кашель это ненадежно. Лучше я свистну тихонько, вот так...

И она, полушипя, полусвистя, тихо вывела первые такты: "Вставай, проклятьем заклейменный..."Договорились, кивнул я, и она вышла.

Тут "чужую" и повязали.

Ага, развратом, значит, занимаемся, сказал чей-то женский, но очень суровый голос. Куда? Стой! Говори фамилию, курс, адре-ес!

И сразу же мою кабинку сотряс мощный кулак:

Выходи, гаденыш, щас милицию вызову!

Ситуация предстала передо мной во всей ужасающей ясности. Какая-то крупная библиотечная "шишка", войдя в сортир, конечно же, заинтересовалась возней в моей кабинке, и, естественно стала подслушивать, а, может, и подглядывать. У подобных особ страсть к шпионству со временем приобретает явные признаки полового отклонения так называемый вуайеризм.

Распахнув дверь кабинки и играя желваками на скулах, я выпрямился во весь рост. Она была такой, какой я и представлял эту "номенклатуру", крашеной блондинкой лет тридцати пяти, с маленькими и злыми глазками на бледном лице.

Люба закрыла лицо ладонями.

Ты личико-то свое не прячь, не прячь, говорила тетка, тщетно питаясь заглянуть мне за спину. Умеешь грешить, умей и каяться.

Как же, сейчас, сквозь слезы ответила Люба, разбежалась!

Хамка, ах ты! .. Блондинка покраснела до корней крашеных волос, Ишь, до чего докатились! Вас за это надо...

Ну-ка, отпустите ее, сказал я и завладел руками надзирательницы.

Люба воспользовалась свободой и, выпрыгнув из кабинки, исчезла со скоростью звука.

Так, грозно сказала баба, бледнея от злости, нападение на ответственного работника при исполнении... в общественном месте... А ну-ка, руки мне отпусти, быстро!

Она растерла затекшие от моей хватки запястья, одернула лацканы своего полуженского-полумужского пиджака, солидно пошевелила локтями. "Сейчас вызовет милицию", невольно подумалось мне, тут в сортир хлынула целая компания молоденьких "сикушек". "Номенклатура" насторожилась: тонкое административное чутье подсказывало, что столь длительное пребывание в кабинке с юным лоботрясом может быть "неправильно истолковано общественностью" пусть и не очень широкой. От всего этого сильно попахивает "аморалкой". То-то радости будет у коллег. Особенно Залупаев возликует. Этот стервец давно уже под нее подкапывается.

И вот тут-то и произошло чудо! Сработал самый могущественный из человеческих инстинктов инстинкт самосохранения. Номенклатурная блондинка одним прыжком (совсем как кенгуру) преодолела разделявшее нас расстояние и ворвалась в мою кабинку. Дверь захлопнулась с тоскливым, раздирающим душу скрипом. Нет, все-таки права народная примета разбил зеркало, жди беды.

Все дальнейшее напоминало сценку театра мимики и жеста: дама беззвучно отворяла и затворяла рот, безумно пучила глаза, тыча пальчиком в дверку: щеколда, дескать, не закрыта! Не торопясь, я щелкнул задвижкой, достал сигарету. Пухлый кулачок тотчас же замаячил возле моего носа.

Сиди тихо, прочитал по губам "номенклатуры", иначе убью.3а стенкой девки разухабисто мочились в унитазы, мыли руки, курили, смеялись, травили неприличные анекдоты. Ухватив криминал, "номенклатура" рефлекторно вытянулась в охотничью стойку уши торчком, хвост пистолетом. В конце концов, мое терпение лопнуло:

Не больно-то возникайте, милочка! Девчонки расслабились, отдыхают. Сами-то вон заперлись в туалете с молодым жеребцом.

Ах, ты! .. С-с-сопляк, только и прошипела она, начиная, по-видимому, догадываться, какую глупость сморозила.

С подчеркнутой наглостью во взоре я принялся оглядывать с ног до головы эту крашеную идиотку. И тут мои мысли неожиданно приняли совсем, совсем иное направление. Передо мной стоял очень и очень смачный бабец. Большой бюст, развитые бедра, призывно отставленный, выпуклый зад.

Что это вы так меня осматриваете? сварливо просипела она, неожиданно переходя на "вы".

Как это "так"?

Ну нескромно... вызывающе... Вам нужно помнить, что вы, в сущности, еще мальчик, а я... гм... взрослая женщина. Мне уже... гм... Она поправила прическу кокетливым движением. Ладно, неважно, мне достаточно лет, чтобы между нами...

Я сверлю "номенклатуру" взглядом голубовато-серых глаз (по моему твердому убеждению, совершенно неотразимых), и под их магнетическим воздействием язык моей "визави" стал как-то заплетаться, путаться в словах.

Все мои последующие действия выглядели, наверное, очень нагло. Прежде всего, как мог, сжал ладонями необъятные груди. Она рванулась, но безуспешно. Мне удалось прижать "номенклатуру" к стенке, а через минуту моя рука уже шарила у нее под юбкой.

Вы что, с ума сошли?! вполголоса пыхтела она, отбиваясь руками и выставляя вперед довольно-таки круглые аппетитные коленки.

Ничуть, кряхтел я ей в самое ухо, а почему вы на помощь не зовете? Смотрите, а то трахну прямо на унитазе.

Меня! Здесь?! В этом грязном сортире! Ее свистящий шепот возвысился до трагических высот. Да вы знаете, кто я такая?! Я замдиректора по АХЧ. Посмейте только!

Посмею, посмею, не волнуйтесь.

Я мать семейства!

Согласитесь, это был очень слабый аргумент для подобной ситуации, и я рывком стянул с нее трусы.

Вы, молодежь, безжалостны... вздыхала она, в вас нет ничего святого.

Давай вставай сама. Иначе силой возьму!

Как "вставай"?

Известно как раком!

Ни-ког-да! отчеканила она шепотом. Я порядочная женщина и... и чтобы меня сношали после какой-то девки?! Они там, в общагах, трахаются, как обезьяны. Сегодня с одним, завтра с другим.

Вы же сами учили нас коллективизму, напоминаю мстительно.

Но... не до такой же степени!

Ладно, хватит рассуждать. Становись в позу."Номенклатура" согнулась, обнажив довольно-таки привлекательное влагалище, обрамленное рыжеватыми кудряшками.

Нет, уперлась вдруг она, без презерватива не дам...

У меня нет...

Зато у меня есть. Дай достану!

Она извлекла из внутреннего кармана небольшую пеструю упаковку импортных презервативов, вскрыла один пакетик и вытащила изделие. Кондом был бледно-розового цвета, с двумя небольшими шпорами из мягкой резины на конце.

И в этот момент крашеная особа увидела мой огнедышащий член. Рот у нее сразу же приоткрылся, губы, словно по команде, сложились буквой "о", а руки протянули мне резинку:

Надевай!

Это женская обязанность, нагло ухмыляюсь.

Двумя пальчиками держа презерватив (остальные были грациозно отставлены), "номенклатура" хорошо отработанным жестом поднесла кондом к моему сортирному безумцу и накрыла его розовой резиновой шляпой, после чего раскатала резинку до самого корня.

Сними пиджак, помнется.

Как ни странно, но "замдиректора" не прекословила. Про юбку даже и напоминать не пришлось. Блузку же она просто расстегнула.

У тебя вся спина в родинках. Стало быть, счастливая...

Как же, счастье прямо через край льется, ответила она, ловко расстегнув застежку черного кружевного бюстгальтера.

Теперь на ней оставался черный узкий пояс с длинными резинками, поддерживающий капроновые чулки, и черные плавки, полупрозрачные и полуспущенные мною в процессе захвата "запретной зоны". Стянуть их до конца мне тогда не удалось, ибо этому мешали резинки пояса. Она поддернула плавки, взялась с боков за короткие шнурочки, потянула их, и трусики раскрылись сами собой и снялись с тела. Все легко и просто, когда знаешь, где и за что надо потянуть, Да, у этой бабы сбруя первый класс!

От этого неторопливого и чрезвычайно эротического стриптиза у меня заломило в яичках. Голая "номенклатура" повернулась ко мне спиной, завела назад руки, чтобы подзарядиться энергией от моего готового к штурму отбойного молотка. Потом она встала раком, ухватившись за стояк сливного бачка.

Я выставил вперед своего скакуна, и она стала двигать задом сначала медленно, чтобы там внутри у нее расправилась резинка, потом все быстрее.

Тебе хорошо? не забывала спросить она с интервалом в три-четыре раза.

Да, а тебе?

Ох! И мне тоже... просто бесподобно... никогда раньше... такого не было... чудно... Ах! Ты весь... как пружина... Ох! А-а! Вот что значит... молодой парень...

Похвала что называется, "пошла в кость". Теперь ягодицы "номенклатуры" ударялись в мой живот, и мне, чтобы не упереться жопой в дверь, приходилось делать столь же энергичный встречный толчок. Получалось, как у хороших пильщиков бревен, однако она все взвинчивала и взвинчивала темп, и я, ухватившись за бешено трясущиеся сиськи, врубил четвертую скорость. И вот уже затряслись не только груди, но и ягодицы, живот и даже мощные бедра. Все тряслось мелкой дрожью так я долбил ее. Она задрала кверху голову, открыла рот в беззвучном сладострастном стоне.

Вот так... так... миленький мой... хороший, сыпала она короткими отрывистыми фразами. О, Боже мой!.. Как хорошо!.. И как долго!.. Я сейчас умру... от счастья!.. Ах!.."Вполне может помереть, подумалось мне. Сдерживать такой темперамент нелегкое дело".

Ах... как мне нравятся... такие молоденькие... ма-мальчики-и... как ты... У тебя... он... такой большой... хороший! Ах! Аж... до диафрагмы... доста-ет... Ах! .. О, как сладко!.. Теперь... знаю... что такое... молодой парень... О!..

Кончила она серией оргазмов, чему, очевидно, способствовали шпоры презерватива. Потом долго висела у меня на шее, отдыхая и нашептывая всякие банальности. И ласкала, ласкала без перерыва.

Жаль, что сношаемся не у меня в кабинете... Там безопасно... есть еще один выход. А диван какой, приходи, если захочешь... С комфортом все сделаем. Придешь?

Я кивнул.

Только никому не рассказывай, договорились?

Конечно, что за вопрос! Кстати, ты не очень-то увлекайся шпорами, бешенство матки получишь...

Не учи мать трахаться. Она снова хихикнула, проникая к моим губам. Я очень благодарна тебе, милый... Прости, не знаю твоего имени. Кстати, как тебя зовут?

Никодим.

Я серьезно спрашиваю, обиделась она.

А я и говорю Никодим. Папа с мамой так назвали.

Хм... странное имя, то есть, я хотела сказать, очень редкое и красивое, поправилась "номенклатура". А меня Валерия Михайловна. Можешь звать просто Лерой, я позволяю... Тебе, Ника, я позволю все!

Потом она долго топила в унитазе использованный презерватив скрывала улики. Спускала и спускала воду, а он все никак не хотел тонуть. Наконец, Лере надоело возиться с непотопляемой резинкой. Она застегнулась и вновь приняла официальный вид.

Не скрою, Никодим, ты мне понравился. Очень, сказала она дружески и одновременно вполне по-деловому. Хотелось бы встречаться регулярно. Думаю, что сумею быть благодарной..."Как на торжественном собрании чешет, изумился я, сейчас медаль вручит".

Ты ведь студент? У меня завязаны кое-какие связи. Тебе они, думаю, будут полезны..."Не доверяй своим чарам. Хочет купить, ну-ну..."О времени контактов договоримся позднее. Вот мой телефон. Валерия Михайловна с любезной улыбкой вручила мне визитную карточку и, понизив голос, добавила:

Уходить будем по-одному. Сначала я, потом ты.

Это уж как водится, кивнул я.

Если все тихо, стукну в дверь.

И она упорхнула. Стойкий аромат дорогих духов тянулся за ней длинным шлейфом. Прошла минута, другая... пятая... Обещанного сигнала не было... Я сидел и думал, что, пожалуй, нет более скучного занятия, чем сидеть без дела в туалете.

Незаметно стало как-то сумрачно. Дверь кабины была открыта, и ко мне, гремя ведрами, вошла уборщица баба Галя. Вообще-то, это ее только так знали Галя, на самом деле имя у нее было Галия Махмудовна. Она стояла на своих кривоватых ногах, держа швабру в жилистой руке, и смотрела на меня сурово и вместе с тем жалостливоЗатрахали они тебя совсем, девки-то. Вона, аж с лица спал.

Почесав грязным ногтем большую бородавку под косом и усы, баба Галя полезла в карман грязного, рваного халата, достала оттуда промасленный сверток и подала его мне.

На-ка вот, девки тебе передачку послали. Поешь малость, а то, поди, с утра не жрамши, сидючи здеся.

Выполнив поручение с воли, Галия Махмудовна перехватила швабру в рабочее положение, обмакнула в ведро с грязной водой и стала драить щербатый кафельный пол.

Понасрали-то, понасрали, повторяла она своим дребезжащим голосом, орудуя тряпкой. Интеллигенция хренова, Аллах их побери... Ну-ка, ноги свои подбери, ишь расселся тута...

Я ел сухой бутерброд и думал о том, что сидеть мне тут, как видно, аж до самой смерти. Согласитесь, не очень-то это приятно провести всю жизнь в сортире! И женщины здесь какие-то странные. Как будто не разные приходят, а одна и та же только с каждым разом все старше становится. Странно, думал я, годы идут, она стареет, а я почему-то остаюсь по-прежнему молодым.

Уборщица закончила мытье и устало оперлась рукой на черенок швабры.

Ну вот, тепереча можно и отдохнуть. Ну что, хахаль ты наш, подкрепился мало-мало?

Ага, спасибо большое, баба Галя.

Дык, спасибом не отделаешься, ответила баба Галя недовольным голосом. Тепереча давай меня... я тоже хочу... Давненько не пробовала живехонького... Швабра-то мне уже приелась...

Она расстегнула свой задрипанный халат и стала спускать огромные, розовые, с пятнами от хлорки трусы... Увидев хлорированные трусы, я закричал диким голосом, заметался на унитазе и... проснулся!

Возле умывальников гремели ведра и кто-то голосом Галии Махмудовны покрикивал: "Вот, здеся течет... Я уж замаялась подтирать..." "Да, отвечал мужской голос, тут варить надо. Без сварки никак не обойтись, верно, Федя?" "Правильно, подтвердил еще один голос, наливай. Баба Галя, стаканы помыла?" "Может, тебе еще фужеры достать? Не барин, авось не сдохнешь". "Тоже верно. От этого ни одна бактерия не выживет, окромя нас..."Через некоторое время неизвестные подчиненные Валерии Михайловны принялись стучать по трубам чем-то металлическим. "Сегодня варить не будем, сегодня короткий день, а завтра выходной. Так что с понедельника и начнем". "Дак затопит ведь до понедельника-то". "Не затопит. Счас мы стояк перекроем, туалет запрем, а в понедельник с утречка сделаем на свежую голову..."Я заметался в кабине, как хорек, запертый в курятнике.

Нет, до понедельника мне не выжить. Оставалось одно выйти и сдаться! Пусть сообщают родителям, в институт не погибать же, в конце концов, в этом сортире! Впрочем... Выход, кажется, есть. Надо только собраться и, как говорят актеры, войти в образ. И я вошел... Достал из кармана записную книжку, вытащил ручку, придал лицу соответствующее казенное выражение. И, деловито повторяя: "Так, так, вот значит, как...", двинулся к двери.

Там все в порядке, это были первые мои слова на воле. Трубы отопления не текут, не дымят...

Стаканы застыли в руках изумленных слесарей, усы под носом Галии Махмудовны поднялись торчком. Надо было развивать успех. И я развил:

А на других этажах отопление в норме?

Э-э-э, сказала баба Галя, кажись, в порядке... А вы кто же будете?

Я из котлонадзора, инспектор, так сказать... Проверяем готовность систем к зимним условиям.

Да еще лето, пади...

Готовь сани летом, пошутил я, кисло улыбаясь. Котел-то у вас где? В подвале?

У нас центральное отопление, ответила баба Галя, ковыряя бородавку возле носа. Нету никакого котла вовсе...

Нет, так нет. Нашим легче, сказал я, что-то записывая. Тогда подскажите, товарищ, как мне найти замдиректора по АХЧ? Надо бы документы оформить...

Так вы к нашей Кавалерии Михайловне?.. Она у нас главная по АХоЧу.

Я счас ее видел, сказал слесарь Федя. Поскакала по коридору, точно ей кто завинтил с зада.

Ейный кабинет на первом этаже. Счас покажу... Уборщица поплелась за мной на лестницу, где и состоялось наше прощание.

Коротко поблагодарив бабу Галю за сотрудничество, косясь на швабру, зажатую в ее руках, я чинно затрусил по коридору.

Ишь ты, инспектор... а сам молодой такой, летели мне в спину бабыгалины напутствия. И откуда только взялся? Ай через окно залез?

Они нынче шустрые, засмеялся Федя. Наливай...

Вместо эпилога. Я шел по улицам, залитым летним солнцем. Вдыхал аромат омытых дождем деревьев, цветов на клумбах и радовался, радовался обретенной свободе!

Да, дорогие друзья, жизнь, в конечном счете, невиданно прекрасная штука

04.01.2020

круиз

Как-то раз мы с женой выиграли путевку в круиз по средиземному морю на теплоходе "Тарас Шевченко". Каюты были очень уютные: 2-х ярусная кровать с лесенкой на верх, маленький столик и вдоль выходившего на прогулочную палубу окна (иллюминатора) диванчик. Так же в номере была раковина. Туалеты и душевые расположены отдельно, но в таком количестве, что их отсутствие в номере не создавало никаких проблем. Публика на теплоходе была скучная: семейные пары старше среднего возраста из Сибири, пенсионеры и т.д. На всем корабле глаз можно было положить только на одну молодую девушку восточного типа: смугленькую, длинными черными волосами, миндального цвета глазами и полненькой попкой. Звали ее Гуля. Не знаю почему, но она была одна и ходила "как неприкаянная" свободных мужиков не было. Когда она проходила мимо в баре, или купалась в бассейне в купальнике, который не скрывал, а только подчеркивал ее формы: приподнимал груди, тоненькой полосочкой впивался и рельефно очерчивал попку, я постоянно поглядывал на нее с желанием. Однажды, сидя в шезлонге и загорая, я заметил, что у Гули на пояснице на позвонках красные маленькие ссадины. У моей жены были такие же, после того, как мы в каюте трахались на жестком ковре. Значит, эту восточную красавицу кто-то на корабле имеет. И вот однажды вечером я пошел в душ. Кабинки, как ни странно, были заняты все, кроме одной. Я уже собирался зайти и закрыть за собой дверь, как тут вошла Гуля, оценила ситуацию, и попросила, чтобы я уступил ей очередь. Она была с распущенными волосами в коротеньком халатике. Я сказал, что давай, примем душ вместе. Она ничего не ответила и зашла в кабинку. Я за ней и закрыл дверь, включил теплую воду. Повернувшись к ней, я обнял ее, начал целовать в губы. Она ответила на поцелуй и сама начала меня с восточным темпераментом и страстью целовать и ласкать. Я откинул ее волосы и слегка куснул за изящное ухо, Гуля застонала, схватила одной рукой меня за волосы, а другой рукой за попу и прижала к себе. Я начал целовать и покусывать за нежную шейку, спустил с плеч халатик и начал целовать в округлое плечико, языком облизывать ухо и шею. Гуля заводилась все больше и больше. Я спустил ее халат совсем: она была абсолютно голенькой. Продолжая целовать, я сжал ее кругленькую попку и прижал к себе. Вся попа у нее была липкая, лобок и живот, плотно прижимающиеся ко мне тоже были все скользкие и мокрые. Ее только что оттрахали и кончили на живот и попку! Гуля не обратила внимания на мое секундное замешательство и продолжала ластиться ко мне. Я отстранил ее от себя, развернул спиной, прижал к стенке. По ее телу стекали струи воды. Я засунул два пальца ей в щелку, а сам стал срывать с себя одежду. Подошел к ней, приподнял ее ногу и засунул свой вставший член в ее мокрую припухшую пещерку. Она стонала, а я изо всей силы входил в нее на всю длину. Очень скоро я почувствовал, что сейчас кончу. Я вышел из нее, поставил ее на колени, открыл ей рот и кончил туда. Она шевелила своим розовым язычком, часть спермы стекала по ее подбородку, а часть она проглотила. Мы, не разговаривая, начали намыливать друг друга, терлись друг об друга скользкими телами, я намыливал и глубоко проникал пальцами в ее только что оттраханую пещерку, теребил клитор, глубоко засовывал пальцы в упругую пещерку между пухленькими половинками попки. Она ласкала мыльной рукой мой пенис, потом встала на колени и начала ласкать мой член своими мягкими грудями, брала его в рот. Я кончил в тот момент, когда моя головка была зажата ее роскошными полушариями. Струя попала ей на шею, стекла на грудь и ложбинку между ними. Я быстро помылся и вышел, пока она продолжала с закрытыми глазами размазывать сперму по своему телу. С тех пор мы почти каждый вечер трахались в душевой кабинке. Было, правда, тесно и не очень удобно. Я начал приходить к Гуле после того, как имел свою жену, и заставлял ее облизывать мой мокрый член, измазанный спермой и смазкой моей половины. Однажды Гуля отомстила мне. Она зашла как всегда, разделась и встала раком, призывно и похотливо покачивая бедрами. У меня мгновенно встал. Я схватил ее за попку и засунул свой пенис в приоткрывшуюся щелку. Я легко проскользнул: ее лоно было уже хорошо разработано и расширено не одним членом. Мой пенис заполнил ее, и из нее брызнула чужая сперма: она была полна до краев. Моя головка скользила в ней, там хлюпало и чавкало. Я вышел из нее и заставил облизать мой член. Так я и входил и выходил из нее, а она все облизывала, пока я не кончил в нее. Потом я сидел на мокром полу и дрочил свой член, готовясь к следующему раунду, а она танцевала передо мной, плавно изгибая свое прекрасное тело, которое я хотел оттрахать все целиком. Она встала надо мной, и из щелки, в которой только что был мой член, мне на грудь полилась ее теплая моча, стекая по животу и пенису. Я кончил ей на ногу. Потом я мочился на нее: на ее груди, вставлял член в писюньку и мочился в нее, на анальное отверстие. Мы с ней никогда не разговаривали и не здоровались. Делали вид, что не знакомы. Я не заметил, чтобы она вообще с кемнибудь из мужчин была знакома на корабле. Уже под конец плавания я зашел к ней в номер. Она закрыла дверь, сняла халат, легла на пол и, широко раздвинув ноги, начала возбуждать себя руками (гладить и щипать клитор, гладить груди). Я разделся и лег между ее ножек, она моментально обвила меня руками и ногами, рукой схватила член и засунула в себя. Она извивалась подо мной как угорь. Я схватил ее за руки и крепко прижал к полу. Впервые я трахал ее сверху. Я держал ее крепко, не давая шевелиться ей в своем ритме, а навязывал свой: медленный и тягучий: то выхожу полностью из нее и трусь членом об ее губки и клитор, то погружаю на всю длину. Мне нравилась ее беззащитность. Она была подо мной вся открыта моим ласкам, я мог делать с ней все, что захочу. Сначала она пыталась вырваться и двигаться побыстрее, но потом смирилась и только томно постанывала с каждым погружением в нее возбужденного члена. Чувствую, что мои силы на пределе, я вложил свой член в Гулины руки и кончил в ей ладони. Потом я сидел на диване, а она прыгала на моем пенисе, а сзади за окном в полуметре от нас ходили люди. Потом она забралась на лестницу и держась за не руками насаживалась на мой член. Я стоял снизу, и она одевалась на мой смазанный кремом пенис то похотливой щелкой, то тесной дырочкой попки. Круиз мне очень понравился

03.01.2020

вечеринка

День рождения моего друга выпало на субботу и поэтому мы развлекались на полную катушку, не оглядываясь на время. Гости в основном были из студенческой среды, почти все знакомые, но было две девушки, которых я раньше не видел. Обе миниатюрные, стройные, обе брюнетки. Как выяснилось, они первокурсницы знакомые именинника. В общем загуляли далеко за полночь, а поскольку передвигались к этому времени с трудом, хозяин решил разместить подвыпивших гостей у себя. Мне досталась отдельная комната с огромным диваном.

Потом кого-нибудь к тебе подложим пообещал друг и ушел продолжать веселье.

Я же упал и заснул мертвым сном. Проснулся я от странного ощущения, как будто кто-то ползает по моему телу. Только немного позже я понял, что это были чьи-то горячие губы, которые опускались к моему паху. Я открыл глаза и увидел одну из незнакомых мне девушек. Она была совершенно раздета и по всей видимости испытывала насущное желание поиграть с моим членом. Ее подруга лежала рядом, тоже голая, но судя по всему она была в хрупких объятиях сна. Я решил до поры до времени не выдавать своего пробуждения и стал ждать, что будет дальше. А дальше девушка добралась до моего члена и начала его облизывать. Потом она обхватила его ртом и слегка посасывая головку в то же время дрочила его рукой. Я почувствовал как мой инструмент стал увеличиваться, и после нескольких минут такой обработки встал как палка. От удовольствия я застонал, что меня и выдало.

Нравится? спросила девица.

Продолжай, выдавил я и прижал ее голову к члену.

Она ласкала его еще минут двадцать, а потом наклонилась надо мной, взяла член в руку и аккуратно ввела себе во влагалище. Ее киска была ужасно мокрой, можно сказать я провалился туда как по маслу. Девушка застонала и начала ерзать на мне взад-вперед. Видимо, это доставляло ей огромное удовольствие, потому что она стонала все громче. Мне это тоже очень нравилось, пока она развлекалась с моим малышом, я теребил ее едва оформившиеся грудки и щипал затвердевшие соски. Через некоторое время она слезла с меня и попросила войти в нее сзади. Я с удовольствием обхватил ее миниатюрную попку и ввел член. Что тут началось! Она совершенно потеряла голову и начала двигать задом с такой скоростью, что я чуть не кончил. Я вынул член и попросил ее двигаться медленнее, если она может. После нескольких минут секса в задней позиции она снова набросилась на мой раскрасневшийся бугристый инструмент и облизывала его так, как будто это было эскимо на палочке.

Трахни Олю, пока она спит, предложила девушка.

Я совсем забыл о ее подруге, а теперь приглядевшись, заметил, что она намного привлекательнее моей партнерши. Довольно пышная грудь, бедра пошире и ножки пополнее. Я решил воспользоваться предложением и осторожно раздвинув Олины ноги, вошел внутрь. Девушка была сухая и если бы не слюна моей маленькой минетчицы, я бы, пожалуй, не проник бы в Олю. Но вот я в ней. После нескольких толчков, Оля проснулась и начала стонать. Потом послышались слова, сначала тихо, потом все громче:

Да-а-а... Еще, еще, пожалуйста... Нет, не очень глубоко.

Я забросил Олины ноги себе на плечи и стал двигаться все быстрее и быстрее. Теперь Оля могла только кричать. В это время ее подруга ласкала себя пальцем, глядя на нас. Я сменил темп на более медленный, вытащил член и дал девочкам на потеху. Они дружно принялись сосать его, забавно причмокивая и извиваясь язычками. В конце концов я бурно кончил на их миловидные мордашки, чем вызвал бурю восторгов.

Отдохнув минут десять мы снова принялись за дело. Первая девушка, которую звали Аней, предложила мне взять ее стоя, что мы и проделали. она опиралась руками о спинку стула, а я работал над ней сзади, сжимая ее грудки. Потом пришла очередь Оли. Она встала на четвереньки, а я вошел в нее сзади. В этой позе я и кончил. Аня обиделась, что я не кончил в нее, поэтому еще через некоторое время пришлось ублажить и вторую девушку. На этот раз я был сверху и кончил довольно быстро. Ане чуть-чуть не хватило до оргазма, поэтому я опустился между ее ног и ласкал ее клитор языком до тех пор пока она не кончила. После этого мы попадали на диван и заснули.
Когда я проснулся девочек уже не было...

01.01.2020

в клубе

Моя история началась, в моем любимом клубе, в мою волшебную пятницу. Вместе с моим другом по имени Витальон мы тихо висели на барной стойке и мирно пытались расширить сознание при помощи нашего любимого «Hennessy». И в принципе все очень неплохо получалось, как вдруг в нашем поле зрения появились два новых объекта. Блондинка и брюнетка, обе стройные, юные, интересные, одетые модно, но без пафоса. — Дааа, желание понравиться порой приобретает причудливые формы... — Витальон отрывает взгляд от танцующей неподалеку разодетой вдребезги дамы средних лет с вываливающимся из джинсов с заниженной талией омерзительным животом. Фокусирует на мне расширенные от алкоголя зрачки и задумчиво констатирует — Гибель... — Толкаю собутыльника локтем вбок и взглядом обращаю его нетрезвое внимание на вновь появившиеся свежие лица. Он нескромно разглядывает их какое-то время, после чего апатично изрекает: - Бабуркинское модельное агентство... — и вновь переключается на пляшущего папуаса.

Осознаю потерю товарища и посылаю к девицам официантку с предложением их чем-либо угостить. К моему глубокому удивлению следует решительный отказ и переданное обратно пожелание малолетних нахалок подходить впредь исключительно лично. Похуистично отметив про себя потерю ими единственного шанса, не реагирую на наглый призыв и продолжаю последовательно напиваться. Народ все прибывает, появляются новые жертвы, мы перебираемся на диван, но мой пьяный мозг непроизвольно и постоянно фиксирует нахождение несговорчивых подружек на расстоянии визуального контакта. Упиваясь коньяком и сознанием собственного превосходства окончательно ухожу в нирвану и прихожу в сознание только увидев девиц в компании большого букета роз и огромного двухметрового громилы прямо возле нашего стола. В монстре с трудом узнаю телохранителя одного местного олигарха.

Я никому не открою Америку если скажу, что хозяева ночного клуба в провинции просто не смогут заниматься этим хлопотным бизнесом, не имея нужных знакомств среди представителей правоохранительных органов и преступных сообществ. Замечу также, что охрана никогда не являлась нашим слабым звеном. Поэтому появление этой разношерстной компашки вызвало у меня скорее интерес, чем тревогу. — Прошу прощения, — блондинка с розами приближается ко мне вплотную,

— Мне очень неловко, но этот парень активно к нам пристает. Подарил розы и видно рассчитывает на взаимность. Можно сделать вид, что мы с Вами, чтобы он отцепился? — с удовлетворением за спиной ухажера отмечаю наших бойцов, одновременно понимая, что в случае начала движа невзначай разваляем полклуба.

— Привет, красавицы, ну где вы так долго ходите? — почти кричу, надеясь заглушить кислотный дыц-дыц. Он слышит, понимающе улыбается и отваливает, демонстрируя не только отличную физическую подготовку, но и ясный ум. И в этот миг на меня наваливается яркое воспоминание. Дело в том, что примерно год назад, вконец измучавшись от метаний между женой и Надей внутри кризиса среднего возраста, я впервые в жизни пошел к ясновидящей. Причем к реальной и по очень большому блату.

От ее резюме я правда чуть не свихнулся, но не в этом суть. Среди прочего я отчетливо запомнил три вещи. Первое — моя жена приставлена ко мне, чтобы охранять. Второе — она видит большую удачу на числа 36 и 14. Третье — я встречу девушку с розами. Девушки с розами обычно встречались в цветочных ларьках, ресторанах, на вокзалах и возле загсов. И как правило, проходили мимо. Столкнуться нос к носу мне лично довелось впервые. — Ну что, знакомиться таки будем?! — в отличии от героя О'Генри банановой кожурой в визжащего от ужаса попугая я по-пьянке швырять не любил, но стиль поведения для незнакомых людей имел диковатый.

— Георгий, 40 лет для парня не возраст, женат, повторяю, ЖЕНАТ, алкоголик, бабник, матом не ругаюсь, просто им разговариваю, прошу иметь снисхождение к моему порочному образу жизни. Итак?

— Меня зовут Анжелика, а это Вера-блондинка делает жест в сторону подруги — Учимся жизни, работаем над собой.

— Ну, насчет учиться жизни вы обратились по адресу. Я вам таких историй нарассказываю, что мигом умом тронетесь! Выпьем? — ловлю себя на интонации Семен Семеныча Горбункова из незабвенной «Бриллиантовой руки».

— Выпьем! — хором отвечают мои новые знакомые.

— И это правильно. А то непьющих девушек я как-то не очень... Официант!

Надеюсь, дорогие читатели, все вы слышали шедевральную песню Софии Михайловны Ротару «Лаванда»? Пусть даже часть из вас внимала ей еще в памперсах. Так вот дальнейшее можно коротко и ясно описать, а еще лучше спеть этим одним единственным словом. Теперь вспоминайте культовый «Страх и ненависть в Лас-Вегасе». В частности сцену пробуждения Джонни Деппа в разгромленном номере в ванной со знаком Зорро на лбу. Примерно так я встретил следующее утро вместе с чудовищным похмельем и номером ее телефона. Совершенно неожиданно, как любил говорить Иосиф Виссарионович, появилось странное ощущение, что жить стало веселей, жить стало интересней. Несмотря на то, что любви к ней у меня абсолютно не было, чем-то она меня зацепила.

Анжелика имела титул мастера спорта по художественной гимнастике, восхитительную фигуру и множество талантов сексуального плана. Несколько омрачало идиллию наличие строгого папы — известного в блатных кругах боксера-тяжеловеса. Когда мне впервые показали его фото, желание общаться с доцей на недельку полностью испарилось. Но природа пустоты не терпит, дырка от Нади в моей душе была огромной, а стремление жалеть себя поистине невыносимым. И на роль понимающей и сочувствующей жилетки для слез Анжелика подходила идеально. Мы встречались, занимались феерическим сексом, а потом в деталях разбирали мою несчастную любовь...

Девушка дня

Ульяна, 25 лет
Санкт-Петербург
Расширенный поиск
Категория:
Район:
Метро
Возраст:
  -
Рост (см):
  -
Вес (кг):
  -
Бюст:
  -
Цена за час:
  -
Услуги:
Секс
Классический секс
Анальный секс
Групповой секс
Лесбийский секс
Услуги семейной паре
Минет в презервативе
Минет без резинки
Минет глубокий
Минет в машине
Куннилингус
Игрушки
Окончание на грудь
Окончание на лицо
Окончание в рот
Подружки
Стриптиз
Стриптиз профи
Стриптиз не профи
Лесби откровенное
Лесби-шоу легкое
Стриптизерши
Садо-мазо
Бандаж
Госпожа
Игры
Легкая доминация
Порка
Рабыня
Фетиш
Трамплинг
Экстрим
Страпон
Анилингус делаю
Золотой дождь выдача
Золотой дождь прием
Копро выдача
Фистинг анальный
Фистинг классический
Массаж
Классический
Профессиональный
Расслабляющий
Тайский
Урологический
Точечный
Эротический
Ветка сакуры
Аква-пенный
Шведский
Место встречи
У меня
У тебя
Разное
Ролевые игры
Эскорт
Телефон:
Имя:
 

ЦЕНА
до 1500
от 1500 до 2000
от 2000 до 3000
от 3000 до 5000
от 5000 и выше
    
ГРУДЬ
С МАЛЕНЬКОЙ ГРУДЬЮ
С БОЛЬШОЙ ГРУДЬЮ
    
ПО ЦВЕТУ ВОЛОС
БРЮНЕТКИ
БЛОНДИНКИ
ШАТЕНКИ
РЫЖИЕ
    
ВНЕШНОСТЬ
ЕВРОПЕЙКИ
АЗИАТКИ
НЕГРИТЯНКИ
ЭКЗОТИКА
    
ТЕЛОСЛОЖЕНИЕ
ХУДОЩАВОЕ
СТРОЙНОЕ
АТЛЕТИЧЕСКОЕ
СРЕДНЕЕ
ПОЛНОЕ